Милосердие или преступная жизнь
Затем все вернулось к обычной жизни. Снова. К следующему закату солнца она проснулась такой, какой была.
Причинение страданий другим уменьшило ее собственные. Немного садомазо: любовь — это болезненная потребность. Бабушка не излечена, болезнь просто отступила. Если алкоголизм может быть болезнью, то и любовь просто форма временного помешательства. Признаки почти исчезли. Разбухание романтических иллюзий уменьшилось, превратившись в пустую боль, это вернуло ее в прежнюю нерешительность, заставив интересоваться тем, чего по-прежнему не хватает в ее жизни.
Траханье не было тем, в чем бабушка нуждалась, но никто не стал ни обретенной любовью, ни жертвой. Может быть, она должна была дарить любовь, помогать жертвам. Бить людей для их собственной пользы. Добровольная деятельность предпочтительнее, чем работа. Ее время должно быть отдано движению, а не личности. Она нуждается в мотиве, а не в причине существования. Пение — это страсть, но в нем нет жертвоприношения. Возможно, она нуждается в том, чтобы предложить что-то человечеству. Пойти к черту с Богом. Она не собирается отрубать голову цыпленку. Она может предложить себя.
Люди, лишенные ее привилегий, имеют что-то для того, чтобы бороться за здравый смысл, за основы выживания. И в то время, когда они борются за себя, она свободна, чтобы бороться за других. Все, что ей нужно, — политический мотив. Но какой? Спасение китов. Но разве киты имеют отношение к политике? Спасение цыплят. Они больше нуждаются в помощи, чем киты.
Вы должны верить во что-то и бороться за это, требуя общего сочувствия. Единственным китом, которого она когда-либо встречала, была ее свекровь, женщина, родившая свинью в доказательство, что отдельные виды могут адаптироваться без посторонней помощи. Она могла бы бороться за идеал — что-то вроде мира на земле. Конечно, можно договориться о проявлении доброй воли со всеми мужчинами. Но не с женщинами. Бабушка, несомненно, против войны, но не видит необходимости в оппозиционных демонстрациях гнева. В ее жизни были моменты, когда ей хотелось убить, и она могла представить себе причину, по которой поднимают оружие, а не знамена. И всегда существует терроризм. Но какая серьезная причина могла бы так разжечь ее гнев, чтобы она захотела взорвать себя и взять с собой всех окружающих, кроме очевидной — взорвать себя и взять с собой всех окружающих.
А как насчет борьбы против перенаселенности? Во имя спасения окружающей среды! Кто может не согласиться с мнением, что наша планета разрушается, обремененная избытком постоянно увеличивающегося числа живущих на ней. Но что с этим делать, убивать людей? Тогда ей следовало бы бороться за войну, вместо борьбы за мир. Спасайте жизни, убивая людей. Направьте негативную энергию на что-то позитивное. Спасайте зародышей от нежелательных матерей. Спасайте человеческий эмбрион от того, чтобы он превратился в человека.
Существует единственный человек на планете без определенного мнения относительно текущих событий, кроме того, что касается «Мартини». Она знает, как отличить хороший от плохого. Спасайте «Мартини» — от слишком большого количества вермута.
Спасайте себя. Обязанность живущих защитить себя от смерти. Похоже, они освобождают себя от этого. Почему она продолжает поддерживать распад? Находясь на грани самоубийства, не имея реальных знаний ни об одном субъекте, кроме самой себя и собственной неудовлетворенности, она должна спасти себя от себя самой, прежде чем превратится в прах. Она нуждается в потребности забыть свои собственные потребности. Как и большинство подобных ей женщин, она должна вести борьбу за всех пьющих разведенных, собирающихся покончить с собой, потерпевших крушение в жизни женщин среднего возраста, бегающих, как цыплята, в поиске своей отрубленной головы. Спасайте бабушек.
Но они не нуждаются в ней. Они могут убивать себя. Неспособная решить, кто еще, если такие есть, нуждается в ее помощи, она принимает решение убить себя. Она всегда хотела это сделать, но не могла найти правильный подход. Мысль о ножах или веревке испугала ее до смерти. Таблетками она никогда не пользовалась. Она пыталась напиться до смерти в течение многих лет, но преуспела только в том, что становилась очень пьяной. Возможно, подходит время, чтобы выпрыгнуть из окна. Может быть, именно поэтому она выбрала квартиру на верхнем этаже. Из-за боязни высоты. Все эти переоценки ценностей и изменения жизни были только остановкой на пути к неизбежному. Ей не подойдет передозировка, как ее мужчине. Его героин сделает свое дело. Но, принимая во внимание ее страх при виде иголок, ей остается только выброситься из окна.