Почему? – спрашивали мужчины, и некоторые из них оказывались в странных тисках эмоций где-то между любовью к ней – и брезгливостью. Ведь она была и красива, и талантлива, и умна, так почему же тогда она нуждалась в таких вещах?
Однако если она никогда не удостаивала их ответом, то все же старалась как-то объяснить это самой себе. Точная причина так и не стала ей ясна… но, разумеется, это как-то было связано с Черным Джеком. Своим сексом она убила его; и теперь ей казалось справедливым, что она наказывает себя сексом.
Ее пребывание в качестве «погодной девушки» продолжалось всего несколько месяцев. Вскоре ей наскучили костюмы и остроумие, она была убеждена, что способна на более серьезные вещи. Самую большую дань можно было заплатить ее талантам и обаянию, только дав им возможность для расцвета, чтобы их признали все, и даже те, кто знал, как мало самоуважения она обнаруживала в спальне.
Когда спортивный обозреватель местных вечерних новостей внезапно заболел ботулизмом, съев испорченный салат из морской капусты, а это происходило во время пресс-конференции нового победителя кубка Хейсмана, Дени тут же позвонила по телефону дяде Гарри. Если уж она справляется с погодой, то насколько лучше дочь Джека Викерса сумеет рассказать про спорт? А когда почуяла некоторые колебания, то добавила свой заключительный аргумент: это всего лишь на несколько дней, максимум на неделю, пока постоянный ведущий не оправится после болезни. И уж конечно, серьезное задание, выполняющееся красивой женщиной, станет интересной новостью, такой, которая произведет некоторую сенсацию, возбудит интерес прессы. Ну, а если она и сделает какие-то ошибки – что ж, ведь большинство зрителей мужчины, правда? А в том, что она нравится мужчинам, сомнений ни у кого нет…
Дядя Гарри и Дени заключили сделку – они должны прощать причуды и капризы друг друга.
Дени не сделала никаких ошибок, в этом она была уверена. Более того, она позаботилась, чтобы ее временные появления были обставлены наиболее выгодным образом. Преобразив себя наподобие хамелеона, она отставила в сторону свой укоренившийся уже имидж пышноволосой рыжухи и явилась в студию гладко причесанной, в мужском костюме, только подчеркивавшем ее выпуклые формы. Оператор, которого она уже успела предусмотрительно соблазнить, надвинулся на нее с камерой, показывая волнующий крупный план; ведущий, поддержка которого была обеспечена незабываемым «интимчиком» в мужском туалете, представил Дени в самых горячих тонах.
– Ау, Том, да все ерунда, – сказала она, – просто думай обо мне как о парне. – И затем она продолжала доказывать это, дав безупречный трехминутный комментарий по поводу изумительной победы «Книксов» над «Кельтами», потока травм, причиненных у линии защиты «Гигантов», а также разных слухов, касавшихся популярного игрока янки.
Не собираясь почить на лаврах после успеха одного вечера либо просто чтобы продемонстрировать видимость компетенции, Дени нашла возможность добиться дополнительного признания – в лице Дэниела Ксавьера Коллинза, одного из старейших приятелей Черного Джека и главы нью-йоркских букмекеров. «Денди Ден», так называли его, поскольку он походил больше на банкира, чем на буки.
Дени нашла его в «офисе» – за угловым столом в «Клубе Черного Джека». Он поднялся со своего стула и приветствовал ее низким поклоном.
– Я видел тебя по телевизору вчера вечером, Дениза… и должен сказать, что ты выглядела мило. Джек может гордиться тобой, моя дорогая… да и все мы можем тобой гордиться.
В действительности же до Денди Дена тоже стали доходить некоторые слухи насчет Дени, аплодировать которым было трудно. Но он был практичным человеком и не старался судить о том, чего не мог понять; более того, хотя спальня и не была ареной, на которой он заходил намного дальше обычных границ, он не был против того, чтобы нарушить собственные правила.
– Денди, – сказала Дени, – тот репортаж, который они мне дали, только временный. Еще несколько дней – и они снова отправят меня на погоду. Разве что…
– Что, моя дорогая?
– Разве что я смогу доказать им, что я знаю все намного лучше. Денди, ты ведь знаешь все про спорт…
– Не все, Дениза, – возразил он скромно. – Но что именно тебя интересует?
– Мне нужна сенсация, что-нибудь такое, чего не знает никто другой. Ты можешь мне помочь?