Время тянулось медленно. Стиви слишком нервничала, чтобы читать один из растрепанных журналов, которые в беспорядке валялись в помещении. За свои семнадцать лет она всего лишь один раз имела дело с доктором, когда запущенная простуда перешла в воспаление легких. Тогда она была испугана, как и сейчас, что попала в руки к людям, которые могли сделать ей больно.
Доктор, выкликнувший имя Стиви, казался спешившим и нетерпеливым, однако довольно приятным. Он был худым и невысоким с бледно-розовой кожей, из-за которой казался слишком молодым, просто не верилось, что он уже закончил медицинский. Как ни странно, но от этого она почувствовала себя лучше – у нее возникло ощущение родства.
Доктор выпалил в нее обойму вопросов, затем помазал ей руку спиртом и взял анализ крови.
Дальше было тяжелее. Чувствуя себя так, словно бы она лишалась последней защиты, Стиви шагнула за экран и сняла с себя всю одежду, прикрыв себя бумажным фартуком. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы влезть на смотровое кресло и положить ноги на распорки.
– Сейчас могут появиться неприятные ощущения, – произнес механически доктор, когда его пальцы в перчатках стали ощупывать ее низ. Лишь гордость удерживала Стиви от крика.
– Сейчас трудно что-то сказать, – пробормотал он наконец. – Шейка немного набухла… Некоторые изменения могут говорить о беременности… а могут и не говорить. Анализ крови скажет нам все точно. Вы можете одеваться, – сказал он, с треском снимая резиновые перчатки. – Завтра сможете узнать результаты.
– Завтра? – переспросила Стиви, сев прямо, в шоке от сознания того, что ее мучения еще не закончились. – Пожалуйста, – сказала она, забывая про гордость, – а вы сегодня не могли бы мне сказать? Мне правда очень нужно…
Доктор поглядел в лицо Стиви, и затем, словно впервые заметив, какая она юная, заговорил мягче.
– Наша лаборатория всегда перегружена, – сказал он, – но если уж это так важно… подождите снаружи, а я посмотрю, можно ли хоть что-то сделать.
Через два часа Стиви уже сидела в автобусе, который возвращался в Ньюпорт-Ньюс. Она выглядывала из окна, когда миля за милей пролетали мимо, однако ничего не видела, потому что снова и снова повторяла один и тот же вопрос: что мне делать? Доктор предложил «радикальную меру», однако, вне зависимости от того, что это намного все упростило бы, Стиви была неприятна сама мысль об этом. В ней что-то зрело живое, и она не могла даже подумать о том, что убьет его. Вероятно, из-за того, что вокруг нее все мужчины постоянно говорили об убийствах и разрушениях, как о чем-то хорошем – потому что связывали это с победой. Это могло подходить для адмирала, но тогда у нее тем более были все основания сопротивляться искушению.
Единственная надежда, которая оставалась у нее, заключалась в мечте уехать куда-нибудь подальше, родить ребенка и создать свою собственную семью. Но как она будет жить? Вот вопрос! Ей на ум приходили усталые, поникшие женщины, которых она встретила в клинике.
Мог ли ей помочь Льюк Джеймс? Кажется, она заинтересовала его. Может, ему понравится мысль приобрести дочь или сына. Но она не теряла реального взгляда на вещи: невозможно ожидать, что он женится на ней. Однако у него полно денег, и он мог бы помочь ей убраться отсюда, найти работу. Возможно, он даже когда-нибудь навестит ее с ребенком. Многие из Голливуда делают подобные вещи в наши дни.
Она вышла из автобуса в центре города и зашла в аптеку. Разменяв пять долларов, она направилась в телефонную будку и позвонила в отель «Мэйфлауэр» в Вашингтоне.
Когда ей ответила дежурная, она попросила соединить ее с номером Льюка Джеймса.
– Весьма сожалею, – ответил механически голос, – однако мистер Джеймс не отвечает на звонки.
– Это Стефания Найт, – упорствовала она. – Я хорошая знакомая мистера… Льюка.
Ее надежды возросли, когда наступила пауза. Затем голос произнес:
– Сожалею. Однако вас нет в списке…
– В каком списке? – спросила она. Однако связь прервалась, прежде чем она успела получить ответ.
Она посидела еще немного в душной телефонной будке, а затем предприняла еще одну попытку. Изменив голос, она спросила Льюка.
– Говорит телефонный оператор международной станции. У меня срочный звонок от мистера Фостера из «Парамаунт Пикчерс», который сейчас находится в Риме. – Она затаила дыхание, моля небо, чтобы обман сработал.