Желтая машина паркуется у тротурара, я же думаю что опять в очередной раз на меня нашло? Почему разум, будто парализованный ядом хищника, никак не отреагировал на внутренние сигналы протеста? Я снова позволила Максу вести....
Взрослая тетя, трезвая и вменяемая, но по-прежнему не умеющая себя контролировать рядом с конкретным мужчиной.
Нервным движением руки открываю дверь машины, усаживаюсь на пассажирское сиденье. Называю адрес гостиницы. Таксист ревзо покидает стоянку рядом с бизнес -центром.
Игнорирую попытки начать разговор, а также заинтересованные взгляды водителя. Меня не трогает, что воитель не жалеет комплиментов в мой адрес, пытается сделать приятно. Я не в том настроении, чтобы элементарно из вежливости выдавить из себя улыбку.
И потом, я так вырядилась, чторбы вывести Макса на эмоции. Усмехаюсь, такая дура, по итогу на эти самые эмоции меня вывел Макс.
Нервным движением поправляю длину платья, определенно, я немного переборщила.
Бросаю взгляд на туфли, оттягиваю носок на себя, мгновенно чувствуя как напряаются мышцы голени. Массирую икры, жалею что не надела обувь на плоской подошве, на каблуках в последнее время трудно ходить.
Вспоминая спокойствие Макса знаю, что внешность обманчива.
Он только на первый взгляд безмятежный, но я знаю взрывоопасное содержание его мыслей. И надо сказать меня пугает та бездна, в которую он меня тащит.
Откидываюсь на сиденье, закрываю глаза. Нужно прийти в себя и успокоиться.
В голове набатом стучат воспоминания: мы с Максом там в клубе, я добровольно падаю в пропасть страсти без страховки, ловлю взлет оргазмов с завидным постоянством.
Открываю глаза , моргаю, мне нельзя погружаться в какие-либо воспоминания, нервы и так на пределе.
Решаю, что идея заказать в номер вина не такая уж и безумная.
Пора признать: я совершенно не могу противостоять его убийственной энергетике которая не просто поглощает, а нагло заполняет мое нутро, едва Макс переходит личные границы моего пространства.
Рассматриваю пейзажи за окном, но как назло , преключиться не получается, ни одной здравой мысли.
Ощущение, что имею дело с опытным психоаналитиком, учитывая какую тональность он использует в разговорах со мной, с поразительной точностью отыскивая болевые точки, прицельно бьет по ним, разбивая голос разума.
Я даже ничего не говорю в свое оправдание, себя обманывать глупо, запутавшись в собственных ощущениях, врать в очевидном самой себе не могу.
Это плохо, потому что я люблю контролировать ситуацию .
Пока не слетели последние предохранители, нужно ограничить себя в познании новых иллюзорных границ! Макс сам того не понимая, переворачивает мою реальность, сносит выстроенные с годами барьеры, заставляя отключать мозг.
-Приехали мадам, - таксист с южным акцентом, поворачивается улыбаясь мне во все тридцать два зуба. Выдавливаю вялую улыбку в ответ, на автомате произвожу оплату.
Прошу на ресепшен доставить мне в номер бутыку итальянского игристого вина.
Едва переступаю порог комфортабельного люкса, падаю на огромную кровать, не снимая обуви.
Лежу какое-то время с открытыми глазами.
То что Макс сказал касаемо Стива и его «двойной игре», заставляет меня вспомнить свой девиз «никому нельзя верить». И я не доверяла. Да, возможно продажа картины может иметь двойное дно, я не подумала. Вернусь к этому вопросу позже. Ведь люди которые хотят посадить сына Польского ищут варианты, а я лишь им помогаю как могу, но не в ущерб собственной выгоде.
Мне наплевать, что сделка остановится. Когда придет время, я открою известные одной мне хранилища и рассчитаюсь. Сейчас приходится делать вид, что средств к существованию нет.
И как бы не казалось со стороны, кроме себя, я не доверяю никому. Жизнь научила быть осмотрительной и осторожной. Сначало было не привычно, потом привыкла.
Теперь понятны странные вопросы Стива про последние часы жизни мужа, ведь по сути это была попытка выяснить подробности того дня.
Если его и купили с целью выяснить обсьтоятельства произошедшего, то они просто просчитались.
Начинаю смеяться истерическим смехом.
Только вопреки всему, быстро меняю настроение, сажусь на кровать, обхватываю себя руками, улыбка меркнет.
Никто никогда не узнает кто именно заложил «механизм возмездия».
В номер стучат.
Вздрагиваю, но это лишь мгновенье, неожиданное вторжение застает врасплох.