– Что дашь, коли отпущу тебя в Москву?!
И запросил такой откуп, что Василий подумал сначала, что хан шутит… А как было не согласиться? Хан в Орде сгноить пригрозил. А семья-то что без него делать будет? Со свету Шемяка сжил бы всех… Хочешь не хочешь – пришлось согласиться! Ну да и хан сдержал слово: откуп взял да и помог Василию снова сесть в Москве. Сколько горя-то было: Москва погорела, жители разбежались…
Вернулся из полона великий князь в Москву, помирился опять с Шемякой: Юрьевич крест поцеловал.
– Бог даст, будет на этот раз целование свое держать!- вздохнул великий князь, думая уже о последних событиях.-Клятву страшную дал!… Да, его нечего бояться!- решил он окончательно.
Но тревожное чувство не проходило. Оно только перестало быть острым; не зная, откуда ждать беды, Василий все-таки не переставая думал о ней…
Шел уже четвертый час дня, когда царский обоз достиг Радонежа. Отсюда, с горы, можно было уже разглядеть вдали купола и кресты обители.
Жители маленького городка были предупреждены о приезде великого князя. Они собрались толпой у околицы и встретили молодого государя шумными изъявлениями радости и приветствиями… Взрослые и дети, мужчины и женщины – все теснились к великокняжеским саням, чтобы поближе увидеть своего князя…
«Помнят наши милости-любят нас!…» – подумал опять Василий. Он приветливо улыбался жителям и кивал им головой, забыв в эту минуту все свои тревоги и опасения.
Радонежцы проводили великого князя до выезда из города и простились с ним.
– Дай тебе Бог говенья тихого, кормилец наш! Здрав будь, государь великий!…- слышались из толпы напутственные пожелания.
Поезд спустился с Радонежской горы и через час уже подъезжал к стенам обители. Государь подоспел вовремя: в монастырских церквах только что ударили к вечерне…
Чернец-привратник, стороживший дорогу с караульной башни над воротами, издали разглядел государев поезд и опрометью бросился вниз оповестить игумена.
В обители засуетились. Через несколько минут длинная вереница братии с иконами и хоругвями в руках, во главе с игуменом уже выходила из ворот навстречу великому князю…
Царский поезд остановился. Василий с помощью бояр вышел из саней и подошел под благословение к игумену.
Благословив государя, игумен и старейшие из братии почтительно поддерживая Василия под руки, повели его в собор прикладываться к мощам Сергия преподобного…
Прямо с пути, не отдыхая, простоял государь всю вечернюю службу. Вместе с ним простояли до конца и оба малолетних сына…
Тихий мир святого места и усердная молитва наполнили умилением душу великого князя.
Созерцание святых мощей преподобного Сергия уничтожило в сердце Василия всякие страхи и сомнения…
Тем же вечером после службы, беседуя с игуменом и другими старцами, Василий рассказал и о дурной примете. Но рассказал он уже успокоенный, без прежнего страха…
Игумен благословил его на сон грядущий.
– Спи покойно, государь благочестивый!- произнес старец.- Преподобный и святой Сергий оградит тебя от всяких бед и напастей!…
И Василий спокойно заснул в эту ночь…
IV ЧТО-ТО БУДЕТ?
На полпути между Москвой и Коломной, под вечер накануне Великого поста, по Коломенской дороге легкой рысью, почти шагом, подвигалась толпа всадников.
Дорога пошла густым лесом.
Проехав еще с версту, передовой всадник остановился. Он внимательно огляделся кругом, взглянул на небо, порозовевшее от заката, и решительно спрыгнул на землю. Понемногу подъезжал и останавливался и весь отряд,
Передовой, сняв шапку, подошел к двум всадникам, сидевшим на красивых вороных лошадях в богатой сбруе.
– Здеся-тко, государи великие!- произнес он с низким поклоном.- Тут, влево, тропка сейчас будет…
Те, которых он назвал государями великими, с помощью слуг слезли с лошадей и вслед за проводником по чуть заметной тропке свернули в лес. За ними гуськом, по одному, потянулся весь отряд. Лошадей спешившиеся всадники вели в поводу.
– Надо быть, ночевать в лесу придется, князь!- вполголоса проговорил высокий смуглый мужчина в лисьем кафтане – один из тех, к кому обращался проводник. Это был знакомый уже нам князь Дмитрий Юрьевич.
Товарищ его, князь Иван, пожал плечами:
– Коли не ждет в сторожке- придется, государь…
Впереди меж деревьев засветлело. Через минуту открылась небольшая лесная поляна. Та же узенькая тропка вела наискось через всю поляну к противоположной опушке. Здесь, под деревьями, приютилась небольшая сторожка, полузасыпанная снегом. Кругом не виднелось никакого другого жилья и стояла мертвая тишина…