Тони ощущала его презрение. Она боялась, что он считает Антони Лэмба бесхарактерным, лишенным всех подобающих мужчине качеств. Внезапно ее охватил азарт. Если на то пошло, она, черт возьми, покажет, какой из нее мужчина!
Войдя в дом, Тони позвонила мистеру Бэрке и, многозначительно посмотрев, сказала:
— Помогите уложить вещи. Я уезжаю в Лондон. Роз, словно молоденькая девушка, порхала вокруг Адама Сэвиджа. Когда Тони с мистером Бэрке скрылись наверху, Адам доверительно поведал Роз:
— Леди Рэндольф, думаю, мне удалось рассеять болезненную меланхолию Антони. Он согласился поехать в Лондон, чтобы помочь мне выбрать обстановку для моего нового дома в Грэйвсенде.
Роз опасалась, не заставил ли Сэвидж Антони силой, но, зная увлечение внучки Эденвудом, сразу же отбросила подобную мысль. Правда, крайне предосудительно ехать с ним одной, но этого не избежать, не вызвав подозрений.
— Вы, разумеется, останетесь к обеду, — стараясь выиграть время, предложила Роз.
— Спасибо, — рассеянно ответил он, думая о чем-то другом. — Леди Рэндольф, для семнадцатилетнего юноши Антони кажется очень неискушенным в жизни.
Роз прикусила губу:
— Знаете ли, близнецы на этот сезон собирались ехать Лондон, но, когда мы получили весть о Расселле, вопрос отпал.
— Лорд Лэмб становится мужчиной, и я по опыту знаю что молодым жеребчикам очень полезно перебеситься, до того как на них лягут обязанности мужчины. Поскольку Расселл назначил меня законным опекуном Антони, я несу за него большую ответственность.
— Это достойно восхищения, мистер Сэвидж. Уверена что с вами ему не грозит никакая опасность. — Роз так совсем не считала. Никогда еще она не встречала такого искушенного в жизни человека. Она вздрагивала при мысли о том, чему он может научить Антонию. Боже, ну и переплет! — А вот и мистер Бэрке. Предложите, пожалуйста, мистеру Сэвиджу что-нибудь выпить перед обедом. А я поднимусь на минутку наверх передать Антони поручения для прислуги в городском доме.
— Ах, Роз, я надеюсь, что выдержу. Это самый властный человек на свете, навязывает свое мнение буквально обо всем, чем может довести до бешенства. Он считает, что мое воспитание сильно запущено, или, точнее, горит желанием учить лорда Лэмба. Я намерена впитывать все как губка. Он начал, не имея ничего. Все, что у него есть, он заработал собственными руками.
— Прекрасно, — поддразнила Роз, — и, разумеется, ты уже ешь с его рук.
— Неправда! Я была с ним вполне груба. Сказала прямо в лицо, что он безучастен к моей боли и что я его презираю.
— И как он реагировал? — тихо спросила Роз.
— Он сказал, что нам придется терпеть друг друга. Было бы неплохо, если бы через пару дней ты подъехала в город.
— Верно, милая, это блестящая идея. Знаешь ли, довольно предосудительно оставаться с ним наедине.
— Да нет же, Роз, ничего особенного. Он принимает меня за мужчину, ну, если не за мужчину, то за юнца, по правде говоря, зеленого юнца.
— Но ты не мужчина, а женщина, а Адам — самый эффектный мужчина, которого нам с тобой довелось увидеть в жизни.
— Мой Бог, что верно, то верно, у этого мужчины все на месте. Выходит, и тебе не устоять перед его чарами?
— Я старая женщина. А ты, милая, весьма уязвима. Берегись увлечься и поддаться его чарам. Не думаю, что твоя мать выпустила его из своих рук.
Антонию шокировали слова бабушки. Она попыталась поставить себя на место Роз, потом на место матери посмотреть на Сэвиджа их глазами. Его мужественное лицо, казалось, было вырублено из самого темного дерева. Его длинные иссиня-черные волосы вились непослушными локонами, вызывая у женщины желание развязать кожаный ремешок и пробежать по ним пальцами. Тони хотелось их взъерошить и узнать, какие они — шелковистые или жесткие, как проволока. Грубые черты лица крупный нос, выдающиеся скулы, прямой, четко очерченный, упрямый подбородок.
Высокий, могучего телосложения, широченные плечи, ноги будто молодые дубки. Сильные, загорелые и необычайно красивые руки. Его окружала аура непоколебимой уверенности в себе, которая, как она знала, не приходила с богатством, а исходила от самого человека. С первого взгляда чувствовалось, что он упрям, решителен, тверд, своенравен, непреклонен, вынослив и строптив. В довершение всего он был греховно привлекателен. Она подозревала, что он жесток и при этом опасен. Больше всего обращали на себя внимание его холодные голубые глаза, так необычно выглядевшие на его смуглом лице. Он мог одним взглядом приковать человека к месту.
Она тяжело вздохнула, поняв, что в глазах женщины любого возраста он был потрясающе, опасно соблазнителен, и подозревая, что дурочек, поддавшихся чарам этого мужчины, было бессчетное множество.
Глава 14
Уже смеркалось, когда двое всадников добрались до Эденвуда. Тони еще не видела дом в завершенном виде, и у нее захватило дух от восхищения. В голове промелькнула мысль, что скажет Адам Сэвидж, когда увидит счета за роскошный импортный мрамор, расписанные вручную кафельные плитки и все другие предложенные ею дорогостоящие пристройки и дополнения. Затем беззаботно пожала плечами. В конце-то концов эти идеи принадлежали Антонии, и вряд ли он станет винить лорда Лэмба.
В просторной конюшне с фонтанчиком для пойки лошадей посередине стояла великолепная пара ездовых лошадей одинаковой масти. Для лошадей, на которых они приехали, оставались десятки пустующих стойл. Тони благодарила свою звезду, что научилась ухаживать за лошадью. Сэвидж считал, что мужчина должен прежде позаботиться о коне, а потом уж думать о себе.