— Клянусь Юпитером, это как раз то, что надо, старина. Я всегда рад познакомиться с теми, у кого еще не брал взаймы. — Все расхохотались.
К тому времени, когда обед подошел к концу и женщины поднялись, чтобы оставить мужчин за бренди и портвейном, было съедено и выпито немыслимое количество еды и питья. Тони, как и все мужчины, галантно встала, глядя вслед удаляющимся женщинам. Теперь она предвкушала испытать то, о чем не могла и мечтать. Она оказалась одной из немногих женщин на свете, получившей возможность узнать, чем занимаются и о чем говорят мужчины, когда противоположный пол покидает столовую. Потрясенная Тони чуть не упала в обморок. Первым делом все ринулись к сервантам за ночными горшками.
Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда десятка полтора мужчин, пошарив руками в атласных бриджах достали свое имущество и, охая, стали облегчаться.
— Никогда так не терпелось отлить со времени последнего заседания парламента, — заметил Шеридан.
— Много пьешь, Шерри. Я никогда не принимаюсь за черри-бренди, пока не уйдут женщины.
Тони мотала на ус. У мужчин они были не только разных форм и размеров, но и самых различных оттенков — от коричневых до ярко-красных. Кроме того, теперь она точно знала, как выглядит королевский пенис. Довольно большой, с розовой головкой, обрамленный золотыми кудрями. Тони заморгала глазами, увидев, как Его королевское высочество старательно стряхивает последние капли, прежде чем спрятать его в роскошные бриджи белого атласа. Передав горшок лакею, принял полотенце, увлажненное розовой водой.
Тони приняла предложенный ливрейным лакеем бокал бренди и достала сигару. Чувствуя, как у нее пылают щеки, она надеялась, что синие клубы дыма скроют ее ошалелый вид.
В течение нескольких минут, когда наполнялись и тут же опорожнялись бокалы, она слышала бессвязные обрывки разговоров. Наконец она расслышала пару ругательств и поняла, что после ухода дам мужской язык значительно погрубел. Она прислушалась повнимательнее.
К принцу подошел лорд Сефтон, поклонился и, покончив с формальностями, непринужденно начал;
— Ваше высочество, я узнал, как зовут даму, которую моя жена позавчера приглашала в театр.
— Сефтон, я твой вечный должник. Называй свою цену, но открой ее имя.
— Должен предупредить, Ваше высочество, что это не вертихвостка, а почтенная вдова.
— Сефтон, разве бы она находилась в ложе Изабеллы в Ковент-Гарден, если бы была распутной женщиной. Я с первого взгляда определил, что она не задерет юбку, пока не будут соблюдены все условности.
Сефтон удовлетворенно кивнул:
— Ее зовут Мария, Ваша светлость. Изабелла говорила мне, что ее покойный муж, Томас Фитцгерберт, оставил ей довольно много деньжат и дом на Парк-стрит.
— Мария Фитцгерберт, — благоговейно произнес принц и обратился к Эссексу, служившему сводником в предыдущих амурных связях. — Я хочу знать абсолютно все об этой леди. Ее красота ослепила меня. У нее роскошные золотые волосы, которые она не пудрит.
Шерри, уже под мухой, сказал, обращаясь к Тони:
— Плевать на волосы, его ослепили ее пышные титьки. Знаешь, Его высочество знаток грудей.
Тони, чувствуя легкое головокружение после черри-бренди, переспросила:
— Любит груди, да?
— Чем больше, тем лучше. Наверное, рано отняли от груди. Знаешь, у королевы их было пятнадцать, рожала их, как щенят. Бедному Георгу везло меньше, чем щенку. Когда щенка отталкивают другие, он, по крайней мере, сосет заднюю титьку.
Тони смущенно заморгала. Она видела, что принц слышит каждое слово, сказанное Шерри, но вместо того чтобы обидеться, он соглашался с рассуждениями приятеля. Принц подмигнул Тони:
— Шерри интересуется не грудями. Спроси, что он предпочитает.
— Мохнатку, — объявил Шеридан. — Чтобы была маленькая и плотная.
Тони была не совсем уверена, что он имел в виду то, что она думала, но, Боже всемогущий, какую другую часть женского тела можно назвать мохнаткой?
Она заметила, что к принцу Уэльскому подошел герцог Девонширский.
— Ваше высочество, Джорджиана начнет рвать и метать, если мы вскорости не присоединимся к женщинам.
— С удовольствием, Девоншир.
Принц Георг поднялся, и тут же распахнулись двери, ведущие в просторный салон, так что особы обоего пола снова получили возможность общаться между собой. Тони поискала глазами Адама Сэвиджа и увидела, что он увлечен разговором с ее другом Джеймсом Уайаттом. Боже, ей надо быть начеку, когда они окажутся лицом к лицу. Если кто и может узнать в ней Антонию, так это талантливый архитектор.
Услышав музыку, Тони вошла в бальный зал. Она стояла, любуясь росписями на потолке, но, опустив глаза н своему ужасу, увидела, что ее окружили три юные леди. Все трое обратили к ней взгляды, которые откровенно говорили, что ждут от лорда Лэмба приглашения на танец. Тони потерла ногу, пробормотав:
— Вчера с лошади свалился: сбросила проклятая, — и, волоча ногу, пошла искать укрытие в карточном зале.
Тони взяла с серебряного подноса бокал вина, подумав, что может кое-чему научиться, наблюдая за игроками. Джорджиана тотчас позвала ее к себе.
— Тони, побанкуй у нас в фараоне. Шерри сильно набрался.
Подстегнутая выпитым вином, Тони уверенно села за покрытый сукном стол напротив принца и его конюшего и стала следить, как из коробки берут карту за картой. Она заметила, что за игрой почти не следят, подумав, что недаром герцогиня Девонширская постоянно проигрывает.
Поглядывая на Джорджиану, принц Уэльский раздумывал, не попросить ли ее помочь ему завязать интрижку с Марией Фитцгерберт. Они с Джорджианой были самыми близкими друзьями и доверяли друг другу личные тайны. Она знала о нем такое, чего не знала ни одна живая душа.