— Да, это - ресторан моей тёти и я помогала ей в высокий сезон. — У меня были сомнения, стоит ли указывать тётю Мэй в качестве того, кто может дать рекомендацию. Не факт, что она хорошо отзовется обо мне, если это будет означать, что я не вернусь в Гринбэнк на лето. Мама с неё шкуру сдерет, если узнает, что она мне помогла.
— Что это за заведение?
— Семейный ресторан.
— То есть не высокая кухня?
Я вздыхаю.
— Нет, я бы так не сказала. — Горячие сэндвичи с индейкой и кола из фонтанчика — это не «высокая кухня».
— Вы профессионально убирали дома…
— Нет. — Она замолкает, видя, как я яростно трясу головой, морщась от одной мысли об этом. Целый день возиться с пододеяльниками? Нет уж, спасибо.
— Также я вижу, что вы работали администратором.
Наконец-то вопрос, на который я могу ответить честно.
— Да. Я годами подрабатывала в офисе своей церкви. И сейчас помогаю, когда приезжаю домой на лето.
— В чём именно заключались ваши обязанности?
— Отвечала на звонки, назначала встречи для пастора. Также вела церковную бухгалтерию и организовывала ежегодный благотворительный барбекю «Уик-энд жареной кукурузы» для прихода. — Это то, чем мне не захочется заниматься этим летом, но мама и пастор всё равно заставят, если я вернусь в Гринбэнк.
Она пробегает глазами анкету.
— Вы еще учитесь. — Она замолкает, и я понимаю, что должна ответить.
— Да. Еще год до степени бакалавра гуманитарных наук. — Правая сторона лица горит от жара лампы. Наверное, так чувствуют себя на допросе. Сколько это ещё продлится?
— Можете ли вы посвятить четыре месяца работе по контракту — с мая по август?
— В North Gate учёба начинается в сентябре, а сессия заканчивается в конце этого месяца, так что проблем не будет.
Она улыбается.
— Хорошо. Какие у тебя планы после колледжа, Эбби?
У меня вытягивается лицо, прежде чем я успеваю взять себя в руки. Этот вопрос застаёт меня врасплох. Она спрашивает о следующем годе, а я пока пытаюсь пережить сегодняшний день, завтрашний и это лето. В идеале — на Аляске.
Тут нужно солгать и сказать, что мечтаю о карьере в Wolf Hotels? Несколько мгновений я обдумываю свой ответ и, наконец, решаюсь сказать правду.
— Честно? Я не знаю. Я должна была выйти замуж и помогать на семейной ферме, но мы с моим женихом... — Я прерываю себя глубоким вдохом, а затем смущённо улыбаюсь. Неуместно для собеседования. — Моя личная жизнь сейчас в подвешенном состоянии, — говорю я вместо этого, мой голос становится хриплым, глаза горят от подступающих слез. Всё ещё слишком свежо, слишком больно. — Наверное, вернусь домой, там моя семья.
— И будете работать на ферме? — Её взгляд скользит по мне — по моей толстой косе, которую я невольно тереблю, когда нервничаю, по любимой рубашке королевского синего цвета, уже полинявшей от стирок, по обычным джинсам и кедам Converse. Я вижу, что она оценивает меня. Я сажусь прямее, чувствуя себя ещё более неловко перед камерой.
Я совсем не похожа на неё или других рекрутеров. Все они безупречны — гладкие волосы насыщенных оттенков, безукоризненный макияж. Я почти не пользуюсь косметикой — только блеск для губ и иногда перламутровый лак для ногтей. Никакого лака, никакой краски для волос — я боюсь, что это только испортит мой натуральный цвет.
— Да. — План был именно таким. Но теперь мне хочется защититься. Я не просто деревенская девчонка, которая собирается печь пироги и рожать детишек. — Несколько лет назад я запустила собственный бизнес — делаю мыло, увлажняющие кремы и эфирные масла. Марка «Масла шалфея». Я планирую его расширять. — Шалфей — в честь моей любимой травы, хотя в ассортименте есть всё — от мяты до лаванды и лимона. Пока основной доход идёт с рождественских ярмарок и летних фестивалей. Но я не жалуюсь, этих денег хватит на билет в Хомер, если Wolf наймет меня.
— Вы, оказывается, весьма предприимчивая молодая женщина. И такая занятая — ландшафтный дизайн, производство мыла, учёба, ферма... — По тону женщины я не могу понять, действительно ли она впечатлена. — У тебя есть хобби, Эбби?
Я прикусываю губу, чтобы не сказать «Э-э-э», пока думаю. Wolf Hotels — одна из самых роскошных сетей гостиниц в мире. Нужно казаться умной, если я хочу получить эту работу.
— Как вы заметили, я очень занята работой и учёбой. Свободное время я провожу с семьёй и в церкви, укрепляя веру. — Которая сейчас дала трещину. — Также, я работаю волонтером в приюте для животных — и здесь, в Чикаго, и у себя дома.
— Значит, вы любите животных?
— Да! — Я энергично киваю. — Мечтаю увидеть дикую природу Аляски.
Она натянуто улыбается.
— Хорошо. Последний вопрос. Почему мы должны нанять именно тебя в Wolf Cove на Аляске?
Я опускаю взгляд на буклет в руке — заснеженные горы, бескрайние просторы, долины ледников и вулканы. Тысячи миль безмятежности и небытия, тысячи миль от моей нынешней жизни.
Им не нужна моя слезливая история, и, уж точно, она мне не поможет. Я с трудом улыбаюсь, глядя в камеру, мысленно умоляя того, кто будет принимать решение.
— Потому что я - умная, трудолюбивая, ответственная и порядочная, уважаю людей и люблю вызовы. Кроме того, я всегда мечтала побывать на Аляске, и это выглядит как невероятная возможность, которая выпадает раз в жизни. — Я прочищаю горло. — Меня ничто не будет отвлекать от работы. Этим летом я готова отдать Wolf Cove всё, что у меня есть.
Она нажимает кнопку и делает шаг в сторону.
— Отлично, спасибо. Мы свяжемся с тобой.
— Когда вы примете решение? — Сейчас начало апреля и, если меня возьмут, через четыре недели я улечу.
— В ближайшее время. Многие вакансии уже заняты нашими текущими сотрудниками, которые заинтересованы в переезде на Аляску. Мы заполняем только оставшиеся позиции внешними кандидатами. — Она кладёт мою анкету в красную папку. Это папка с отказами?
— У меня есть шансы? Честно. — Не могу поверить, что спросила, но терять мне уже нечего.
— Мы, как правило, нанимаем людей, у которых уже есть опыт работы в сети отелей класса люкс. Но мы свяжемся. — Она стоит, жестом указывая на выход.
Мои плечи бессильно опускаются. Я заставляю себя уйти, прежде чем начну умолять замолвить за меня словечко.
Нет никаких шансов, что я получу эту работу.
Глава 2
Май
Я вдыхаю полной грудью, наслаждаясь свежим океанским воздухом, пока берег приближается. Когда я уезжала из Чикаго утром, там было чуть больше двадцати градусов. Две пересадки, задержка рейса и пятнадцать часов спустя, температура упала до пяти градусов, и мне пришлось достать из чемодана зимнюю куртку.
— Ты когда-нибудь раньше бывала на Аляске? — спрашивает капитан, седовласый мужчина с мягким голосом по имени Джон, его руки непринужденно лежат на штурвале парома.
Я качаю головой и мой взгляд скользит по бескрайним просторам вечнозелёных лесов и скал. Мы отошли от причала в Хомере полчаса назад. Качемакский залив оказался гораздо шире, чем я ожидала, и совершенно не похож на всё, что мне приходилось видеть раньше, а на другом его берегу находится мой дом на ближайшие четыре месяца.
Как же я рада, что не забыла принять таблетку от укачивания. Иначе, уже блевала бы за борт. Я и лодки — вещи несовместимые.
— Так что привело тебя сюда? — Похоже, Джон любит поболтать, и не только ради развлечения, но и для того, чтобы понять, какие люди приезжают на его землю.