- Они – это кто?
- Владелицы агентства, Ани и Дина.
Не Ядвига. Да и зачем ей? По спине пробежал холодок. Мало мне Ядвиги, так еще и это. Что за игра ведется вокруг Ивана?
- Зачем ты мне все рассказываешь, Вероника?
- Так я задание выполнила, а бумагу о неразглашении не подписывала, - хохотнула та. – Да и вообще, я всегда много болтаю, когда пью.
- Понятно… Спасибо.
- Ой, не за что. Держи. – Она достала из клатча визитку. – Вдруг пригодится.
«Агентство «Черное и белое». Исполнение желаний. 100% гарантия». На обратной стороне белого прямоугольника указан московский адрес, без номера телефона и мелкими буквами приписано: «В любое время».
- Да, ты только Ивану не говори, - попросила Вероника. – Сама понимаешь, мужчинам не нравится, когда с ними так… Я была у него дома, у него хорошая семья. И сам он… неплохой парень.
- У него есть сестра? – зачем-то спросила я.
- Да, Тамара. Очень хочет женить брата. Ты ей понравишься.
Вероника подмигнула мне и пьяной походкой двинулась обратно в зал. И вовремя, ко мне уже спешил Иван.
- Аля! – воскликнул он. – Я чуть с ума не сошел! Вернулся – тебя нет.
- Прости, - пробормотала я. – Дверь перепутала…
И обвила руками его талию, прижимаясь всем телом.
- Что она тебе сказала? – Иван неловко обнял, в руках он держал мое пальто. – Я же просил, не верь ей!
- Все хорошо. Не волнуйся. Пойдем наверх?
Иван помог мне одеться. На верхней палубе было малолюдно, дул холодный ветер. Не самое лучшее время для прогулок, однако мне, и в самом деле, не хватало воздуха.
Я запуталась. Хуже того, ощущала какой-то животный страх. И боялась не только за себя, за Ивана тоже. И я, и Вероника – исполнители, а интриги плетутся вокруг него. Кому он насолил? К чему все это? По его поведению не похоже, чтобы его что-то волновало. Не будет ли хуже, когда он все узнает?
Я остановилась у фальшборта, всматриваясь в темную даль. В лицо бил ледяной ветер, да так, что заслезились глаза. Иван встал передо мной, защищая от ветра.
- Аля, что с тобой?
Он попытался пригладить волосы, выбившиеся из моей прически.
Алена, ты должна сделать выбор. Или откройся ему, или молчи до самого конца. По щекам потекли настоящие слезы.
- Прости меня…
- Аль, ну ты чего?
- За солнышко. Я… ты прав, я хотела позлить Веронику. Но если бы мы… если бы ты… - Мне не хватало слов. Я и себе толком не могла признаться, что люблю. – Если бы мы были вместе, я так тебя и называла бы.
- Мы не вместе? Разве?
Он наклонился и поцеловал меня. А я впилась в его губы, как будто умирала от жажды. Возможно, это наш последний поцелуй: тягучий, сладкий.
- Я виновата перед тобой, - сказала я, едва отдышавшись.
- Ты замужем? – спросил он, резко отстранившись.
- Нет! Это… другое. Давай поговорим у меня? Холодно.
Я приняла решение.
В сьюте я достала бутылку вина, попросила Ивана открыть ее и достать бокалы. Переоделась в ванной в теплое платье-свитер. Показалось, что халат – это слишком вызывающе.
Иван наполнил бокалы и снял смокинг и бабочку, расстегнул ворот рубашки.
- За что будем пить? – поинтересовался он, когда мы устроились друг напротив друга на диване.
- За правду, - ответила я и выпила вино, не чокаясь.
- Аля, ты меня пугаешь, - слегка улыбнулся он. – Может, у тебя ребенок? Так это хорошо, я люблю детей.
- Нет, детей у меня нет. У меня есть родители. И они попали в беду…
Я рассказала Ивану все-все, даже то, что я узнала о Веронике. Пила вино, плакала и говорила, говорила… Ждала, что в любую минуту он вспылит, закричит на меня, обругает, или молча уйдет, хлопнув дверью.
Иван сидел тихо: то бледнел, то хмурился, то играл желваками, то сжимал кулаки. Когда я закончила, он так же тихо встал, забрал у меня пустой бокал и поставил его на стол вместе с моим.
Я не выдержала, сорвалась с места и бросилась в ванную. Только там я могла спрятаться, чтобы поплакать от души. Ничего страшного, это мой выбор. Я сама решила признаться, я знала, что Иван не простит обман. Какое ему дело до моих проблем?
Он догнал меня быстро, я не успела уединиться. Догнал – и обнял, крепко-крепко. И подхватил на руки, понес к кровати.
- Что ты делаешь? – всхлипнула я, когда он бережно усадил меня и начал целовать: лицо, шею, плечи. – Зачем?
- Глупый вопрос, Алена. Мы оба хотим этого, разве нет?
Что-то в его словах показалось мне неправильным. Иван не сказал, что любит меня, не сказал, что прощает. Однако его намерения не оставляли сомнений. Поступок красноречивее любых красивых фраз. А я теряла голову от его ласковых поцелуев. Он не спешил, медленно раздевал меня, и целовал, целовал…