Но Дорин всегда заботилась о ней, как о дочери, ведь Нэя была её найдёнышем. Значит, всерьёз опасаться нечего. Только расслабиться и получать удовольствие.
Мысли шаловливо вернулись к обнаженному инкубу среди сверкающих волн. Нэя почти представляла, как горяча его кожа... Даже пальцы закололо, словно уже прикоснулась. Её обдало жаром. И так сильно, что самой захотелось залезть в воду. К нему. Это что же, инкубская магия уже действует?
— Не знаю, почему она выбрала меня, — с улыбкой ответила Нэя, пружинисто поднимаясь с примятых цветов, — но я точно знаю, почему выбрала не тебя!
— Ну-ка, удиви, — предложила Мирана, копаясь в чересседельной сумке. Притороченный к седлу лук мешал, и она нетерпеливо отпихивала его рукой.
— Наверное, потому что ты можешь сразить мужчину только стрелой! — хихикнула Нэя и с визгом увернулась от летящего в неё камушка.
— Стрелой я могу не только мужчину сразить. А на тебя даже стрелу тратить не буду! И магию!
Мирана резко и угрожающе дёрнулась к ней, заставляя подругу с хохотом отскочить в сторону. Под ногу неудачно попался камушек, скрытый цветочными зарослями, и Нэя со смехом шлёпнулась в ещё не мятую арнику.
— Вот видишь, — с непередаваемо элегантным триумфом вздёрнула Мирана чёрную бровь. А потом рассмеялась, качая головой, и забралась в седло. — Поехали, а то всю фору провороним. Уже закат, в горах рано темнеет. Надо попробовать перегнать обоз по кружной тропе и тоже найти место для ночёвки.
Нэя согласно кивнула, поднялась и быстро отряхнулась от мелких сухих листиков, иголочек и истертых в бисер камушков, покрывающих ковром широкий уступ. Коричневая тканевая курточка и штаны расцветились жёлтыми пятнышками от арники, будто цветы зацеловали её, пока она валялась. Подхватив с травы подзорную трубу, Нэя не удержалась и посмотрела ещё разок на реку. Увы, дивное видение исчезло, на каменистом берегу больше не лежала одежда. И самое интересное она упустила…
— Поехали, — настойчивее позвала Мирана. Её конь уже пританцовывал на месте, почуяв настроение хозяйки. — Насмотришься ещё на своего инкуба во всех ракурсах.
Нэя сложила трубу, сунула в карман и полезла на лошадь.
Стемнело и правда рано. Вот ещё рыжий свет заходящего солнца пожаром горел на далеких вершинах перевала и слепил глаза, а потом раз — и холодные сумерки упали на землю. Без солнца сразу стало пустынно, гулко и прохладно. Обоз был обманчиво близко. Три километра по прямой превратились во все двадцать по петляющим и осыпающимся тропкам. Мирана неплохо знала эту местность, иногда охотилась здесь, но и она двигалась медленно и осторожно, Нэя плелась за ней хвостом. Без магии (чтобы не засекли ни демоны, ни маги из охраны) девушки будто лишились глаз и продвигались почти наощупь. Луна, неверная подруга, то подсвечивала дорогу, то лениво куталась в облака. Сейчас дорога вильнула вниз, к реке, справа стеной тянулась скала, нависала всё выше и выше.
В темноте обострялись не только чувства, но и воображение. Нэя бы ни за что не призналась вслух, но звуки таинственной и невидимой в ночи горной жизни заставляли её нервно оборачиваться. Будто за ними следили. То камушек где-то упадет и покатится, то птица вспорхнёт… Шелесты, шорохи и стуки доводили её до мурашек. Такое чувство, что сейчас как выпрыгнет большой и страшный серый волк! Нэя тряхнула головой — ну и мысли в неё от усталости лезут. Но это не помогло. Тревога нарастала, как чувство холода: первое время пытаешься согреться, но в итоге всё равно доводит до дрожи.
— Не пора ли на привал остановиться? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Да, не пора ли вам остановится? — холодно повторил вопрос строгий мужской голос сверху.
Нэя бы вскрикнула от неожиданности, только вот горло перехватило от ужаса. Как и у Мираны, видимо. Потому что они синхронно резко вздохнули и задрали головы вверх. Со скалы на них смотрели… Рилан Девон и Грен Палер собственными персонами… Очень внушительными и подозрительно настроенными персонами!