Наконец, повозка остановилась у кованых ворот, за которыми возвышалось старое здание с потрескавшимися стенами. Вывеска над входом гласила: "Сиротский приют Святого Мавия".
Я открыла рот, но не сразу нашла, что сказать.
— Ты привёл меня… сюда?
Рэйвен открыл дверцу и легко спрыгнул на землю, а затем подал мне руку.
— Что такое принцесса? Ты никогда не была где-либо за пределами благородного района?
Он сам прекрасно знал, что не была. Аристократки редко покидают свои уютные и безопасные дома. Замужние дамы еще могли выезжать куда-то, чтобы заниматься благотворительностью. Но и тогда это были разве что храмы, где раздавалась милостыня. И уж точно они никогда не забредали в самое сердце района для бедняков.
— Здесь начинается та столица, которую ты не знаешь, Лидия.
Я сжала пальцы в кулак под плащом. Часть меня хотела отвернуться, уехать обратно в мягкие кресла дворца. Но я осталась.
— И зачем мы сюда приехали? — спросила, спускаясь из кареты.
— Навестим кое-кого, — ответил принц.
Он легкой походкой пошел вперед, а я поплелась за ним.
Когда мы вошли в приют, на нас тут же налетели дети — босоногие, в рваной одежде, но с сияющими глазами.
— Гости! У нас гости! Бесс! — крикнула женщина, выходившая из соседней комнаты. Но заметив кто пришел, она замерла и низко поклонилась. — Приветствуем, ваше высочество.
Похоже принц был здесь не раз.
— Встань, Сив, — спокойно произнёс Рэйвен, не требовательно, а как человек, которому поклоны вовсе не нужны. — Мы просто зашли взглянуть, как идут дела.
Женщина, крепкая, с усталым, но добрым лицом, распрямилась и смахнула передником пыль с рук. На вид ей было лет пятьдесят. У неё были натруженные ладони и ясные, внимательные глаза.
— Дела… — она улыбнулась немного виновато. — Как видите, ваше высочество, всё так же. Еды хватает на три дня. Дрова почти закончились. Крыс стало меньше — но только потому, что у нас нечего воровать.
— Я велю привезти вам всё необходимое, — отозвался Рэйвен без тени раздражения. — А еще мы закупим новые матрасы и постель. Здесь пахнет сыростью.
Я огляделась. И правда пахло. Старая штукатурка облезла, в углах потемнел потолок, воздух был густой, с привкусом плесени и дыма. Половицы скрипели под ногами, но всё было вычищено до блеска. Кто-то мыл полы, кто-то латал стены. Дети были худые, но ухоженные. Беспорядок был только от жизни, не от равнодушия.
— Ваше высочества, — одна из девочек, подошла к принцу и слегка дернула его за плащ. — А кто это?
Она указала на меня и десяток детских глаз тут же на меня уставился.
— Моя подруга, она приехала, чтобы познакомится с вами.
Глава 25.3
Меня обступили дети. Они с интересом разглядывали меня, пока один из мальчиков на вид самый старший не сказал:
— Вы совсем не похожи на простолюдинку.
У меня приподнялись брови.
— Как ты догадался?
Он кивнул на мои руки.
— Ни одной мозоли. Вы никогда не работали руками.
Я посмотрела на свои ладони. Они и правда были белыми и чистыми, а кожа мягкой и гладкой.
— Ты очень внимателен, — я улыбнулась. — Как тебя зовут?
— Ален, — ответил мальчик. Он был высокий и худой, наверное, ему лет девять или около того.
— Ален, — повторила я, кивнув. — Это хорошее имя. Знаешь, ты бы стал отличным сыщиком. Или стражником.
— Или вором, — хмыкнул он. — У нас тут такие таланты больше ценятся.
Его голос прозвучал горько, но без злости. Просто как факт. Я почувствовала, как что-то кольнуло внутри. В мире, где дети с малых лет понимают, что честный труд не гарантирует им ни еды, ни безопасности, воровство становится не преступлением, а способом выживания.
Еще хуже было то, что вот таких ребят было много. Без семьи, без дома, они жили сами по себе на улицах и их будущее было темным. К сожалению, чудесной таблетки, которая могла бы сделать их жизни лучше не существовало.