Спустившись на первый этаж, она разыскала на кухне служанку Мэри и спросила у нее, как добраться до ее деревни.
– Вы намерены съездить туда, миледи? – удивилась девушка.
– Да, я подумываю над этим, – уклончиво ответила Диана.
– Надо сперва добраться по дороге на запад до Уитема, затем свернуть на проселок, ведущий на север, а потом снова двигаться в западном направлении до Бринли, – выпалила Мэри, польщенная намерением прекрасной светской дамы посетить ее родную деревушку ради встречи со своим возможным родственником – викарием Албретом.
– И сколько времени обычно уходит у тебя на поездку туда? – спросила Диана.
– На повозке – часа два, но в хорошую погоду. Это, разумеется, отсюда, а не из Лондона, – сказала девушка. – В дождливую пору проселок после Уитема превращается в сплошное месиво, и тогда путешествие на телеге может растянуться на полдня. Так что лучше поезжайте туда в ясный день, миледи.
Поблагодарив отзывчивую девушку за полезный совет, Диана покинула дом через черный ход, как делала это в первые дни своего пребывания в Париже, и вновь почувствовала себя бедной сиротой без единого пенса в кармане, на которую никто не обращает внимания. Но это вполне ее устраивало, поскольку выглядеть и ощущать себя нарядной игрушкой Дэниела Сент-Джона ей совершенно не хотелось.
Рассудив, что телега движется ненамного быстрее, чем пешеход, Диана решила идти пешком и бодро зашагала по дороге, ведущей на запад, уверенная в том, что успеет вернуться в усадьбу раньше, чем рыбаки и сопровождающие их дамы с увеселительной прогулки на взморье.
Но не прошло и часа, как до нее дошло, почему люди предпочитают быстрой ходьбе медленную поездку в повозке.
Во-первых, ее французские полусапожки на тонкой подошве на деле оказались далеко не такими добротными, какими казались, пока стояли на полке в гардеробе: они не только натерли ей до красноты пятки, но и насквозь промокли, едва лишь в Уитеме она свернула на раскисший от дождей проселок. Во-вторых, от усталости у нее распухли и разболелись ноги, и без того саднившие от продолжительной ходьбы по изрытой ухабами дороге. Значит, права мудрая мадам Леблан, учившая своих воспитанниц не соблазняться роскошью и благами, дабы не разнежиться и не поддаться соблазну ублажить свою размякшую плоть. Она же не вняла этому уроку и теперь наказана за это.
Развивая сей перл благоразумия, Диана рисовала в своем воображении пророчествующую с кафедры директрису и пыталась смиренно принять боль в ногах как справедливую кару за ласки Дэниела. Но сколько бы ни внушала она себе, что поступила скверно, доверившись мужчине, раскаяния не наступало. Но сколько бы ни твердила она, что Дэниел – это коварный искуситель, опасный зверь, натуральный дьявол во плоти, сердце ее лишь сладко замирало и отказывалось в это поверить.
Внезапно послышавшийся скрип рессор и стук лошадиных копыт нарушил стройный ход ее размышлений. Она сошла с дороги на обочину, чтобы пропустить экипаж, однако он, к ее немалому удивлению, остановился. Диана подняла голову и увидела сидящего в двуколке с вожжами в руках Эндрю Тиндала.
– Ба! – изумленно воскликнул он. – Да это же мисс Албрет! Как вы здесь очутились? Вот уж никак не ожидал вас встретить в этом забытом Богом местечке.
– Я решила прогуляться по окрестностям, – сказала Диана. – А куда вы направляетесь?
– Хочу проведать одного своего приятеля и погостить у него денек. Однако позвольте мне сперва отвезти вас обратно в усадьбу. По-моему, вы удалились от нее чересчур далеко.
– Благодарю за предложение, но прошу вас не затрудняться, – любезно ответила Диана. – Я не стою того, чтобы из-за меня откладывать свои дела.
– Ваша скромность лишний раз свидетельствует о вашей завидной добродетельности, мисс Албрет. Но позвольте мне оказать вам эту незначительную услугу, она совершенно не затруднит меня, – настаивал Эндрю.
– Еще раз прошу вас не беспокоиться, – упрямилась Диана. – Право же, я не прощу себе того, что задержала вас. Я люблю долгие пешие прогулки, они доставляют мне удовольствие, особенно в такой чудесный день, как сегодня. Право же, поезжайте своей дорогой, а я...
Эндрю выбрался из двуколки и воскликнул:
– И слышать ничего подобного не желаю! Позвольте мне вас подсадить!
Лучше бы он этого не говорил! Чаша терпения Дианы переполнилась, ей надоели мужчины, бесцеремонно вмешивающиеся в ее личную жизнь в самый неподходящий момент и навязывающие ей свое покровительство. Не удостоив Тиндала ответом, она уселась на валун, лежащий у дороги, подперла голову ладонями и уставилась на мыски своих загубленных полусапожек.
– Вы чем-то расстроены, мисс Албрет? Вас что-то тревожит? – участливо спросил мистер Тиндал. – Поделитесь со мной своей бедой, вам тотчас же станет легче.