— О, черт, — застонал он, когда она сжала их.
Его бедра качались вперед-назад. Но он не хотел кончать так, ему хотелось находиться глубоко в ней. Это было необходимо.
Заставив себя отстраниться, мужчина поднял девушку под руки и, развернув, нагнул над столом. Его член пульсировал, все тело дрожало, когда обвив ее одной рукой, он заставил ее приподняться на цыпочки. Другой ладонью он погладил спину девушки и остановился чуть выше упругой задницы.
— Это будет грубо, — сказал Чендлер, придвинувшись так, чтобы головка члена слегка раздвинула складки влагалища.
— Жду не дождусь.
Волна откровенной похоти пронеслась через него. Будь он проклят, если ее слова не прозвучали хором ангелов. Он зарычал, когда всадил себя в ее лоно. От такого глубоко проникновения Алана выгнулась и закричала. Чендлер вышел из нее и повторил движение. Вперед и назад, вперед и назад — до тех пор, пока они не потеряли контроль и чувство ритма. До тех пор, пока не стало немыслимо хорошо. Мужчина нагнулся вперед, прижавшись торсом к ее спине. От его резких движений ножки стола, скрипя, ездили по полу. Гэмбл стиснул ладонями бедра девушки.
— О боже, — простонала Алана, неистово двигаясь под ним, — Чендлер!
Ее тугие мышцы сжали его член, и это добило его. Он уткнулся лбом в ее шею, не прекращая движений и чувствуя, как внутри него все взрывается. Ебать, это разрушило его. Она разрушила его.
До этого он твердо стоял на ногах, но сейчас из-под них будто выбили землю. Чендлер вышел из нее, развернул Алану к себе и снял повязку. Заключив ее лицо в ладони, он выдохнул. Девушка вся содрогалась, ее глаза были закрыты. Прислонившись к нему, Алана сжала кулаки на его груди. Гэмбл крепко обнял ее. Молчание начало его беспокоить.
— Ты в порядке?
Она кивнула.
Сердце стучало как бешеное. Блять, он был чересчур груб. Они подвинули тяжелый дубовый стол почти на шаг…
— Я сделал тебе больно?
— Нет! — Ее глаза приоткрылись, на щеках появился румянец. — Совсем нет. Просто это было… вау. Мне кажется, ты лишил меня остатков мозга.
Чендлер откинул голову и рассмеялся.
— Я лишил тебя остатков мозга?
Она посмотрела на него из-под ресниц. Черт, он вновь хотел ее.
— Еще как… Мне нравится, когда ты…
— Когда я что?
— Когда ты теряешь контроль. — Девушка опустила подбородок. — Мне это нравится.
Черт. Ему необходимо быть в ней, опять. Наклонив ее голову назад, мужчина заставил ее посмотреть ему в глаза.
— Мне тоже. И мне нравится, когда ты теряешь контроль.
Алана открыла рот, будто собираясь отрицать то, что и так очевидно. Но Чендлер не дал ей сделать этого. Он завладел ее губами.
Позже, намного позже они повторили все в спальне. К концу дня оба были выдохшимися. Чендлеру казалось, что он пробежал марафон. Мужчина лениво водил пальцем вдоль ее позвоночника. Каждый раз, как его рука достигала упругих изгибов, Алана покрывалась мурашками. И он не мог отказать себе в удовольствии накрыть ладонью ее красивую попку.
Девушка положила щеку ему на грудь и умиротворенно вздохнула.
— То, что ты вытворял на столе, за которым обычно едят люди, было совсем непристойно.
Чендлер усмехнулся.
— Что у тебя за тема с непристойностью?
Уголки ее губ приподнялась.
— Я постоянно читаю лекции о приличном поведении. Мне всегда казалось, я должна вести себя соответствующе.
— Казалось?
— Да, — рассмеялась Алана, — по-моему, я никогда не смогу вести себя прилично с тобой.
Его сердце замерло, и Гэмбл прошептал:
— Чертовски верно.
Обняв ее крепко, насколько это возможно, Чендлер молчаливо пообещал, что больше никто и никогда не причинит ей боль.
Глава 15
Проснувшись в воскресное утро, Алана поняла, что у нее совсем нет желания приближать понедельник. Все тело приятно ныло. Девушке и не думалось о работе, ей хотелось еще одну неделю Чендлера, его пальцев, языка, губ и всего остального.
Повернувшись на бок, она разгладила ладонью простыню, где минуту назад лежал Гэмбл. Его телефон разбудил их обоих. Мужчина не ответил. Вместо этого он… Он занялся с ней нежным и медленным сексом. Сейчас мобильный забыто лежал на ночном столике.