— Я просто хотела вас выручить, — тихо сказала я.
— То есть у тебя никаких условий нет? — он скептически кашлянул.
— Не знаю, я об этом ещё не думала, — я кое-как справилась с волнением. — Дима мне сказал утром, я отказалась. А сейчас подумала, что можно и поехать…
— Ну раз можно, значит, поедем, — Гена улыбнулся так, что у меня потеплело на душе. — Надумаешь ещё что-нибудь хорошее — скажешь. А там, может, и о материальной поддержке договоримся.
— Геннадий Николаевич, я уже говорила, та ночь — случайность, — я попыталась отобрать у него свою руку. Не получилось, и это радовало. — Я не зарабатываю… таким способом.
— Гена и на ты, — поправил он. — Раз мы поедем вместе, будет странно, если ты начнёшь мне выкать. Иди-ка сюда, — он притянул меня к себе на колени.
По моему телу прошла лёгкая дрожь. Как же мне хотелось прикасаться к этому мужчине, быть к нему как можно ближе. Если бы он только не принимал меня за девушку по вызову! Гена одной рукой обнял меня за талию, второй коснулся моих волос, щеки. Его губы коснулись моих сначала нежно, потом настойчиво. Его язык ласкал мои губы, заскальзывал в рот, касался нёба, и в какой-то момент я поняла, что отвечаю на поцелуй, что дыхание сбивается, а мои руки ласкают плечи и грудь мужчины.
— Горячая, — с улыбкой выдохнул Гена.
Глава 9
В голове мелькнули умные мысли, что это лучше было бы сразу прекратить и что ехать мне никуда не следует. Мне у Гены ещё реферат писать, а будущий научный руководитель и так уже составил обо мне ошибочное и очень неприятное мнение. Мысли промелькнули и исчезли. Мнение Гена все равно уже составил и вряд ли оно так просто изменится, как бы скромно я себя не вела.
— В поездке будет не скучно, — бормотнул он. — Жаль, не могу сейчас отвезти тебя к себе.
— Почему? — машинально спросила я и только потом с ужасом поняла, как это прозвучало. — То есть, я не собиралась к вам… К тебе…
— Потому что я пока что живу в общежитии университета, — Гена развёл руками. — И если сейчас заявлюсь туда с тобой, это будет выглядеть странно.
— Я думала, ты у Дмитрия и Мадины живёшь, — растерянно выдохнула я.
— С какой стати? У них своя семья. Они предлагали, конечно, остаться, но мне там долго делать нечего. И туда поехать нам тем более не вариант, — он провел рукой по моему бедру, и моё дыхание стало предательски прерывистым. — Мадина сильно удивится, она-то думает, что мы с тобой только вчера познакомились. А на вид ты — девочка-ангелочек, даже Семёновна ошиблась. Можно, конечно, снять номер в гостинице, — сказал он, поглаживая мои ягодицы. — Так наверно и сделаем.
У меня голова кругом шла от его прикосновений. Тело предвкушало ласки, близость, удовольствие, хотелось снова почувствовать его в себе, попробовать что-то новое. Упоминание об «ошибке Семеновны» немного меня отрезвило. Желание не исчезло, но я смогла хотя бы вспомнить, за кого Гена меня принимает. Он даже не спрашивает моего согласия, он просто решает, удобно ему переспать со мной сегодня или нет.
— Не получится, — я немного отстранилась. — Я не готова.
— Подготовлю, — пообещал Гена с шальными искорками в глазах. — Буду подготавливать медленно и долго. Так, что сама будешь просить ещё и ещё.
— Я не готова, — заставила я себя повторить уже с нажимом.
— Серьёзно? — он рассмеялся. — Я же вижу, что ты этого хочешь. Были бы мы в койке, ты бы уже и ноги раздвинула. Цену себе набиваешь?
Я резко встала. Щеки горели — и от возмущения, и от желания.
— Да, хочу, но я не готова, — мой голос предательски задрожал. — Я не могу так, ты вообще во мне человека не видишь! Я что, кукла? Щель на ножках?
Гена потёр переносицу.
— Только от одной истерички уехал, вторая нарисовалась, — с усмешкой прокомментировал он. — Да, я пока не познакомился с твоим богатым внутренним миром. Твоё тело мне очень даже нравится, я этого не скрываю, ты сама производишь приятное впечатление, когда не психуешь. А что я, собственно, сейчас должен был в тебе увидеть? Из-за чего ты вскочила как ошпаренная? Всё было нормально, тебе всё нравилось. Что изменилось, когда я сказал об общаге и гостинице? Думаешь, у меня туго с деньгами?
— Я тебе уже сказала, я — не проститутка! — я схватила сумку и двинулась к выходу.
Останавливать он меня не пытался. Я сглотнула комок в горле. Было обидно, и впервые после той ночи мне хотелось разреветься. Как будто я была заморожена, а теперь резко оттаяла. Я сбежала с крыльца, на ходу повесила сумку на плечо. Дмитрий у своей машины что-то ворковал в трубку. Именно ворковал, говорил не как влюблённый, а как давно любящий, и так же улыбался.