— Понял, привезу моим девчонкам пироженки, черешню… Рыбку куплю, почищу. Лиля сможет пожарить?
Я пролетела мимо него к закрытым воротам и резко дёрнула тяжёлый засов на калитке. Сегодня же позвоню Александре Семёновне. Я скажу, что не могу здесь работать и попрошу определить меня к другому руководителю. Не знаю, как, но как-нибудь объяснюсь.
Засов поддавался медленно, я с силой тянула его на себя, кусая губы, чтобы не разреветься. На моё плечо легла тёплая тяжелая рука.
— Не дури, — сказал сзади Гена. — Пойдём поговорим спокойно.
Я, не оборачиваясь, снова дёрнула засов. Гена схватил меня за талию и решительно развернул к себе. Внимательный взгляд изучал моё лицо.
— Правда, что ли, обиделась? — с чуть заметной улыбкой проговорил Гена. — Вер, я не совсем понимаю, чего ты хочешь? Предлагаю деньги — ты злишься, предлагаю без денег — психуешь. При этом сама, без уговоров соглашаешься уехать со мной дня на три. Ты вообще понимаешь, что тебе нужно?
— Понимаю, — буркнула я. — Нормальное отношение мне нужно, как к любому человеку.
Он притянул меня к себе так, что я уткнулась в его плечо.
— Нормальное отношение — это что? Конфеты-букеты-подарки? — со смешком спросил Гена, поглаживая меня по голове. — Ну так дам тебе денег, купишь сама, что захочешь. Условие одно: кроме меня ни с кем не встречаться.
Я уже в который раз вспомнила недобрым словом Мишу и Ленку. Сомневаюсь, что Гена в свое время так же своеобразно ухаживал за будущей женой. Сейчас в каждом его слове звучит: «Всё это не всерьёз. Я буду тебе платить, а ты должна знать свое место». Главное, его и обвинить-то не в чем. Что он ещё может обо мне думать?
— Зачем тебе это? — хмуро спросила я.
— Мне нужна девушка, ты мне нравишься. Меня заводит, что у тебя толком нет опыта, — спокойно ответил Гена. — Плюс — будет о чем поговорить вне постели, что вообще встречается нечасто.
Главное, откровенно. Я для Гены — самый удобный вариант. К сожалению, этот мужчина мне слишком нравится и не видеться с ним не получится. Смотреть и мучиться или согласиться на то, что он предлагает? Вопрос, конечно, интересный.
— Я не ищу ни спонсора, ни сделку, — наконец сказала я.
— Любопытно, — медленно проговорил Гена. — Просто теряюсь в догадках, зачем тебе совсем недавно понадобилось себя продавать. Искала острых ощущений, были сильно нужны деньги или?..
Вопрос повис в воздухе. Сговорились, что ли, братья Петренко? Совсем недавно Дмитрий задавал тот же вопрос и почти в тех же выражениях.
— Или, — отрезала я. — Не хочу это обсуждать.
— Ладно, и так узнаю, — спокойно сказал Гена. — Координаты сутенера у Димыча остались. У него и поинтересуемся.
Я истерически рассмеялась, представив реакцию Миши.
— Он вам не расскажет. Наврет и на деньги разведет, — вырвалось у меня раньше, чем я успела прикусить язык.
— Совсем любопытно, — протянул Гена. — И чего ради отличница-тихоня связалась с таким типом?
— Давай закроем тему, — я попыталась отстраниться, но он держал меня крепко. — Я же не спрашиваю, что у тебя произошло с женой.
— Разве Димыч не разболтал? — в его голосе прозвучало искреннее удивление. — Могу рассказать, если захочешь, это не секрет. Только сначала хотелось бы услышать, ради каких пряников ты согласилась за деньги в первый раз переспать с незнакомым мужиком? Плохо могло закончиться, между прочим. Никогда не слышала об извращенцах, о маньяках, о секс-рабстве, в конце концов?
Искушение было велико: взять и рассказать большому, сильному и взрослому мужчине, как жестоко меня развели те, кого я считала друзьями. Только неизвестно, что будет дальше. Миша и Ленка крепко научили меня никому не верить. Откуда я знаю, какая пакость может потом прилететь со стороны Геннадия Петренко?
— Я не хочу это обсуждать, — отрезала я. — Так получилось — и всё.
— Всё так всё, — ровным голосом произнёс он. — Но на один вопрос ты мне ответишь. Тебя могут как-то заставить и дальше… — Гена осекся, — зарабатывать телом?
— Нет, — я сглотнула.
Похоже, Гена представил себе толпу матерых криминальных шантажистов вместо двух моих аферистов-ровесников.
— Ладно, тихоня, потом всё равно расскажешь, — он сгреб меня в охапку и двинулся назад к домику.
Мне ничего не оставалось, как передвигать ноги в нужном направлении. Дмитрий продолжал трепаться по телефону, выясняя теперь, когда Мадину надо отвезти к врачу. Он бросил на Гену вопросительный взгляд. Тот коротко кивнул.