— Спасибо, шикарная идея, — согласилась я. — Пошумлю.
— Можешь расслабиться, шум и без тебя вот-вот начнётся, — пообещал Дмитрий. — Я вчера Мадине результаты исследования показал. Сейчас и она, и наш приятель из лаборатории пишут возмущенные статьи в соцсети. Приятель, кстати, не поленился и прикупил вечерком там же блин с ягодами в сладком соусе. Ягоды нахимичены всякой дрянью, а состав соуса — соя, сухое молоко и сплошные добавки с буквой «Е». Анализ блинчиков с печатью лаборатории прилагается. Лавочка частная, имеют право проверять всё, что им вздумается.
Я подпрыгнула в пассажирском кресле и резко повернулась к Дмитрию.
— Ты что, решил рассказать обо мне всем друзьям и знакомым? Я же тебе по секрету сказала!
— Не дергайся, никому я ничего не болтал, — он отмахнулся. — Просто мы трепетно относимся к качеству пищевых продуктов. Генке я, кстати, тоже ещё не говорил, времени не было. Так вот, не исключаю, что блинами после этого шума в сети займётся потребнадзор. А чтобы попробовать воплотить в жизнь ещё одну идею, мне надо будет пообщаться с Еленой Прекрасной. После статей у пары возникнут большие проблемы с деньгами. Можно будет для большего эффекта через несколько дней пожарную инспекцию к ним подослать, но это уже вопрос к Генке, у него там бывший одноклассник на высокой должности. В общем, скоро твои друзья забегают по всему городу, как тараканы от тапка. Ну и третья мысль… Напишу-ка я, пожалуй, Стрепетову, что хотел бы ещё разок снять целку, а ещё лучше — сразу двух. За очень приличное вознаграждение.
Я поморщилась.
— Зачем?
Машина плавно вкатилась во двор, в открытое окно тут же проник нежный запах роз.
— На всякий случай, — Дмитрий остановил автомобиль в тени дерева. — Допускаю, что схема с продажей девушки может сработать снова. Человек обычно предпочитает планировать то, что уже хотя бы раз получилось, — с философствующим видом добавил он.
— Думаешь, у него толпа девушек, и все кинутся ему помогать? — с сомнением спросила я.
— Это вряд ли, — согласился Дмитрий. — Но я попробую закинуть удочку.
— А дальше? — я сморгнула. — Ну допустим, он с кем-то договорится и найдет тебе девушку — и что?
— Если найдёт — тогда и посмотрим, что, — легкомысленно заявил работодатель. — Ты пока подумай, как поскорее организовать мне общение с рыженькой. Мы с ней должны пересечься до вашего с Генкой отъезда. Всё, вперёд к розам, и начинай соображать.
Соображала я всё время, пока возилась с розами. Идея свести Ленку с Дмитрием мне категорически не нравилась по простой причине: я не понимала, зачем это делать. Как будет выглядеть общение бритоголового женатого раздолбая с расчетливой Премудрой?
Мои сомнения прервали самым бесцеремонным образом. Кто-то сзади схватил меня за ягодицы и коснулся губами шеи. Я услышала возбужденное дыхание и от неожиданности резко отшатнулась к колючим розам с воплем:
— С ума сошёл?!
— Осторожнее, — сказал сзади Гена, удерживая меня за талию. — Не надо прыгать от меня в колючки.
— А, это ты, — я с облегчением вздохнула.
— Не понял, — он хмыкнул. — А ты кого ожидала увидеть?
Я невольно покосилась в сторону домика. Машины Дмитрия видно не было. Похоже, работодатель умотал по делам.
— Вер, Димка — верный муж, хотя по нему этого и не скажешь, — Гена улыбнулся. — Так что расслабься. Он может флиртовать или пошло шутить, делать откровенные намёки, но для него существует только одна женщина — Мадина. Он — однолюб, два года её добивался, и десять лет они вместе.
Я на несколько секунд зависла, пытаясь подсчитать, в каком возрасте Дмитрий начал ухаживать за будущей женой.
— А сколько ему лет?
— Двадцать девять, — Гена понимающе кивнул. — Мадина его к поступлению в универ готовила, она тогда там работала. Сначала дома всерьёз никто его увлечение не воспринял. Ученик влюбился в учительницу, такое часто бывает и обычно быстро проходит. Тем более, что Мадина его никаким образом не поощряла.
— Я так понимаю, не прошло? — я невольно улыбнулась.
— Как видишь. Родители за головы держались, я ему мозги промывал как мог, с девчонками знакомил, в весёлые компании звал. В компании Димка честно со мной ходил, и с девчонками флиртовал, а потом опять топал к Мадине с цветами. Весь универ был в курсе. У Мадины дочка есть, от первого брака, Лиля. Димку и это не смутило. Как-то он в очередной раз явился к Дине, а она как раз по телефону объясняет учительнице, что никак не может прийти на родительское собрание, у неё работа. Димыч вроде как в шутку предложил вместо неё на собрание сходить. Дина посмеялась, а он таки это сделал. Представь, какие сплетни пошли, когда восемнадцатилетний пацан явился на собрание к второклассникам и на вопрос учительницы, кто он такой, ответил: «Будущий отчим Лили». Мадина тогда такой скандал устроила — мама, не горюй! Звонила нашим родителям, просила унять Димку. Что она ему самому сказала — не знаю, но пару недель Димыч ей на глаза лишний раз не показывался, ждал, пока остынет. В общем, роман начался, когда ему было девятнадцать. В универе сразу скандалы, сплетни, профессура возмущается, студенты шепчутся, какие-то ненормальные родители-активисты пишут в разные инстанции и чего-то требуют. Чего именно — непонятно, Димка-то совершеннолетний. Я сам слышал, как Семёновну настоятельно просили повлиять на это безобразие и прекратить разврат в университете. Семёновна популярно объяснила, что студент взрослый, и она не может указывать ему, с кем жить. Тут Мадине как раз предложили проект с розами, она уволилась, и вскоре они с Димкой расписались.