— Анюта, какая встреча! Выглядишь потрясающе, итальянский воздух идет тебе на пользу. Загорела, округлилась.
Он потянулся к моей щеке, и я резко толкнула его в грудь. У меня не было сил на подобные театральные представления.
— Где Света, Антон?
Фальшивая улыбочка тут же сползла с его лица, когда-то казавшегося мне красивым. Он сделал шаг, обхватывая своей ручищей локоть и наклоняясь к самому уху:
— В надежном месте. И с ней все будет в порядке, пока ты хорошо себя ведешь.
Пока я пыталась осознать сказанное, бывший жених продолжил:
— Мои люди следили за ней все это время. Когда твоя сестренка внезапно выкатила во двор огромный чемодан и отправилась в сторону аэропорта, мне сразу позвонили.
— Я хочу увидеться с ней, — как можно тверже произнесла я, хотя от страха тряслись не только руки, но даже колени.
Так страшно мне не было даже в логове Гильермо Тулли. Всегда предпочитала бояться за себя, а не за близкого человека. После того, что Антон сделал со мной на свадьбе, я ни капли не сомневалась в том, что к моей сестре он проявит еще меньше милосердия.
— Поехали со мной, — он положил руку мне на поясницу, подталкивая в сторону выхода.
— Куда?
— Милая, ты не в том положении, чтобы задавать вопросы.
— Я тебе не милая, — злобно прошипела я, уворачиваясь от его прикосновения.
У входа в терминал стоял черный тонированный автомобиль, дверь которого Антон передо мной распахнул. Молча я уселась на заднее сиденье, сложив руки на груди и отвернувшись к окну. Если Антон хочет поболтать, то может делать это сам с собой.
Бывший жених и правда сделал несколько попыток завести разговор, но так как он не касался местонахождения моей сестры, я и не думала отвечать. Через какое-то время он сдался и тоже замолчал. В Италии, пока я мучилась от безделья в доме Рапаче, мне казалось, что я буду счастливая вернуться домой. Теперь же, глядя на пролетающие за окном знакомые пейзажи, я не испытывала ровным счетом ничего. И дело было даже не в том, что я переживала за Светку — все это словно перестало быть моим домом.
Мы ехали почти час и наконец остановились перед небольшим домом. Здание оказалось полностью деревянным, вокруг было много зелени, а из-за дома торчал кусочек бассейна. Видимо, это была чья-то летняя резиденция. Я быстро осмотрела территорию, потом зашла в дом и позвала сестру. Никто не ответил.
— Где моя сестра? — Я резво сбежала по ступенькам вниз к Антону, который на повышенных тонах общался с водителем.
— Будет здесь, как только решится одно дело, — Антон махнул мужчине и пошел в дом, ожидая, видимо, что я последую за ним. Что ж, идти мне в любом случае больше было некуда.
Когда я вошла в дом, Антон сидел, развалившись на диване, и буквально излучал самодовольство. Наверное, впервые в жизни он провернул что-то сам, без помощи родителей, и теперь его просто распирало. Мне хотелось расцарапать его мерзкую рожу, а потом оторвать яйца и выбросить в окно. Не знаю, когда я успела стать такой кровожадной. Кажется, Нил Рапаче оказывает на меня плохое влияние.
— Ну и как тебе работается проституткой? — Он закинул обе руки на спинку дивана.
— Тебе-то какое дело? Что-то в день свадьбы тебя не особо интересовало, как я буду работать.
Антон хмыкнул, а потом раздвинул колени, несколько раз подавшись пахом вверх. Намек был понятен и без слов, но он все равно открыл рот.
— Тогда может отсосешь мне? Соскучился по твоим умелым губам.
С трудом сдержав рвотный позыв, я процедила:
— Ты так себя любишь, что можешь и сам себе отсосать.
Антон резко поднялся с дивана, и я предусмотрительно отступила на шаг. Несколько месяцев назад у меня и мысли не возникло бы, что он может причинить мне вред. Человека, который стоял передо мной сейчас, я вполне обоснованно опасалась: он сначала продал меня, а потом похитил мою сестру. Глядя в его сверкающие злостью глаза, я не могла понять — как вообще можно было так обмануться? Вот же он, как на ладони: слизкий слабак, который может решать проблемы, только подставляя других людей.
— Держи язык за зубами, шлюха. Что, обслуживать член за деньги понравилось больше?
— Если ты пытаешься оскорбить меня, то можешь бросить эту затею, Антон. Все, что меня сейчас волнует, — это сестра. Если тебе нравится, можешь называть меня хоть проституткой, хоть шлюхой, хоть исчадием ада. Я здесь ради сестры, а не для того, чтобы спорить с тобой. Зачем тебе Света?
Моя отповедь явно заставила его поумерить пыл. Уже гораздо спокойнее он ответил: