- Я была у него, но он ничего не сказал.
Дмитрий посмотрел на Ксению. Она уловила на его лице удивление. Пока остальные были заняты делом, они отошли немного в сторону.
- Возможно, он действительно не знает.
- Нет, - Ксения помотала головой, - Он проигнорировал мой вопрос дважды, сделав вид, что не слышал его, - она нахмурилась и сложила руки на груди.
- Расслабься. Ты же знаешь, что всё, что он говорит - должно быть сказано, а что не произнесено, тому еще не настало своё время.
Ксения резко, так, что волосы приподнялись, обернулась на него и зло прищурилась.
- Давай ты ещё мне эти сказки расскажи!..
Дмитрий приложил указательный палец к губам.
- Отец говорил мне как-то, когда я спрашивал о тебе, что ты склонна видеть только то, что удобно тебе, сестрёнка, и поступаешь так же. Поступаешь так, чтобы твоё видение имело реальность. Ты хочешь, чтобы все тебя любили и уважали, и ведёшь себя так, как нужно, чтобы это действительно происходило. Но ты - это не то, какой тебя видят окружающие. Неужели ты не можешь допустить, что существует что-то за гранью твоего видения?
- Это когда он тебе такое говорил? - возмутилась Ксения.
- Когда только приютил. В самом начале. Я тогда спросил, почему он не отговорил тебя от службы.
Ксения промолчала, смущенная тем, насколько хорошо отец понимает её.
- Вот, к примеру, стоим мы с тобой сейчас и смотрим на то, как Плокин с Терешенко снимают с дерева труп, да? Другие, что привели лошадей, что они делают сейчас? Там, за кустами. Ну, по-твоему.
- По-хорошему, должны уже тащить металлолом наружу, к озеру.
- Но ты этого не видишь, как и дерева, которое стоит у тебя за спиной. Но всё это существует. Так же существует множество вещей, в том числе необходимость отца скрывать от тебя те или иные вещи в определенных ситуациях. Твой взгляд на мир губителен в первую очередь для тебя.
- Раньше ты такого не говорил, - с упреком в голосе возразила Ксения.
- Времена и обстоятельства меняются, Ксюш. Возможно, вечером отец будет более разговорчив.
- А ты откуда знаешь?!
- Я же Наблюдатель, - он хитро подмигнул ей, закуривая сигарету, - Видишь? Даже сейчас твоё мировоззрение трещит по швам, а казалось бы, какая маленькая оплошность - ты думала, что я не знаю того, что на самом деле знаю. Открой глаза, наконец, и осознай, кто ты и где находишься. Тогда ты поймёшь, что происходит. Отец не шутит. Всё, что он говорит, правда. Всегда.
- Либо он просто заставил тебя в это поверить!
- Долго ещё будешь отмахиваться?..
Что-то хрустнуло. До их ушей донесся звук, похожий на тот, что издаёт ткань, когда ее рвут на части, а потом что-то глухо, как мешок с мукой, упало на землю. Это была верхняя половина Копылова Сергея Владиславовича, шестьдесят третьего года рождения.
- Гришка, твою мать! Ты чего, не слышал меня что ли?! - крикнул Терешенко.
Ксения нашла Плокина глазами среди сосновых ветвей. Он весь сжался, пытаясь удержаться на дереве, пока его одолевала рвота. Ксения отвернулась. Дмитрий остался смотреть.
- Почему вы с отцом всегда думаете, что именно вы правы?
- Потому что мы правы. Мы не ждём ничего от других, как ты, мы исполняем свой долг. Понимаешь? Наша картина мира не привязана к чужому одобрению, поощрениям и симпатиям. Мы просто делаем своё дело, и это позволяет нам видеть вещи такими, какие они есть. Ты видишь вещи вокруг себя через призму своих ожиданий, Ксюш.
После этих простых, полных уверенности слов, Дмитрий отправился к упавшей части тела. Ксения обернулась, чтобы проследить его путь. Она увидела, как он залез в штаны покойника и поняла, что телефон он тоже не нашёл, иначе зачем еще ему шарить по карманам?
- Даже если они с отцом что-то знают, то мне они не скажут, защитники хреновы, - поняла Ксения, глядя брату в спину, - Придётся всё выяснять самой. Или не придётся? Посмотрим, что скажет отец.
***
В лесу отряд провозились довольно долго, и всё это время мысли Ксении были поглощены тем, что сказал ей сводный брат и тем, что не сказал отец. Когда они наконец вернулись в деревню, близился вечер. До возвращения в Нору еще нужно было подождать. Капитан решила потратить свободное время на прогулку. Она гуляла, общалась со старыми друзьями и знакомыми. В общем, окончание дня выдалось неплохим. Оно было таким до тех пор, пока она вновь не услышала звон колокола. Все, кто расхаживал по площади, по улицам, между домов и среди улочек, разом, словно по повелению Единого Разума, повернули в сторону храма. Достигнув центральной улицы, улицы Соболева, они стали ждать, когда появятся остальные. В этот раз она решила присоединиться к ним.
Процессия, тянущаяся от самого озера, вскоре показалась на площади. Ксения поспешила присоединиться к ней в самой её голове, где её с улыбкой на лицах встретили служители церкви, обрадованные тем, что рядом с ними снова идёт член семьи Соболевых. Поток добрался до церкви, расположился внутри, и сразу же началась проповедь. Отец Симеон, пользующийся безмерным уважением и властью над умами всех деревенских, тепло приветствовал паству.