Она. Когда я одна ухожу далеко от дома, он боится немного, как бы я не сбилась с пути или не упала в пропасть. Но я знаю здесь все тропинки.
Человек земли. А если вы пойдете со мною?
Она. Тогда он будет меньше беспокоиться. Он любит меня и верит мне.
Человек земли. А вы как могли его полюбить?
Она. Мудрость его и страданья покорили меня. Когда вы с ним поговорите, вы сами полюбите его. Его нельзя не любить.
Слуга опять подходит.
Слуга. Хозяин ждет.
Она. Пойдемте.
Действие второе
Ясный день. Там же. Она, Он и Человек земли.
Человек земли. Вы только мечтаете о преображении жизни, мы ее преображаем. Вы мечтаете о человеке, который еще не родился, а мы… Да вот, когда в будущем году осенью вы спуститесь в ту долину, вон там, вы ее не узнаете, такая там будет жизнь, такое движение.
Он. Нет, вы только умножаете вещи и потребности, а человек, водимый вами, идет назад.
Человек земли. Вперед! Мы ведем человека путем материального прогресса. Это — единственно верный путь. А то, что вы называете духовными ценностями, это нередко только болтовня, порою даже вредная для общества.
Он. Дикарь, управляющий машинами, — вот ваш современный человек.
Она. Но разве наш гость похож на дикаря?
Он. Милая, ты права. Не следует так много спорить с гостем. И к чему? Ни в чем нельзя убедить. Работа ждет меня, я ухожу к себе. Вечером будем снова беседовать. (Уходит.)
Человек земли. Пора. Так незаметно прошла эта неделя! Я совсем забыл о том, что меня ждут, что обо мне беспокоятся и меня ищут.
Она. Мне грустно, что вы уже уходите. Я всегда буду вспоминать эти дни, когда вы были с нами.
Человек земли. Неужели я не смог вас убедить, и все мои слова были тщетны? Неужели я уйду один, а вы останетесь здесь, на этой угрюмой и ужасной высоте?
Она. Я не должна слушать вас. И все же слушаю, хотя вы говорите о том, чего презреннее нет в человеческих делах — об измене.
Человек земли. Измена! Что вы называете изменою?
Она (смущенно). Измена — это когда обманывают доверие, нарушают долг верности. Кто-нибудь в тебя верит так сильно, так безмерно, и вдруг ты его обманешь.
Человек земли. Каждый должен быть верен прежде всего себе самому. Только на себя надеешься, на себя полагаешься с достаточною уверенностью, и вот если сам себя обманываешь — это горшая измена.
Она. Но если отдаешь себя добровольно и радостно?
Человек земли. Измена в том, что вы томитесь здесь. Это — измена против вас самой, против вашей молодости, против вашей красоты, против всего того прекрасного, что в вас заложено. Всем этим вы сами могли бы наслаждаться, всем этим наслаждались бы другие. Но вы и от себя, и от других скупо прячете все данные вам судьбою сокровища. Вот эта измена…
Она. Умоляю вас, оставимте этот разговор.
Человек земли. Когда я вижу вас, я не могу говорить ни о чем ином. Я люблю вас, — могу ли я не говорить об этом? Вся душа моя истекает любовью к вам, и я чувствую, что не могу оставить вас здесь.
Она. Зачем вы говорите мне об этом? Ведь это же бесполезно!
Человек земли. Почему бесполезно?
Она. Я не могу уйти отсюда, я должна быть с ним.
Человек земли. Должна, должна! Кто научил вас этому скучному лицемерному слову?
Она. Мне с детства внушили понятия чести и долга.
Человек земли. И напрасно вы всему этому поверили! Человек никому ничего не должен. Если у человека и есть обязанности, то перед самим собою, — только. Больше ни перед кем, ни на земле, ни на небе. Сам человек созидает свое счастие, сам и для себя.
Она. Но ведь в душе заложены эти благородные чувства долга, обязанности, благодарности!
Человек земли. Благодарности за что? За этот плен? За скудость и скуку этой жизни?
Она. За любовь, мудрую и светлую, за это прекрасное стремление вперед и вверх.
Человек земли. Все эти прекрасные и бесплодные чувства, — чем они лучше первоначального, верного, единого неложного чувства — любви к себе самому? Подумайте о себе.
Она. Только о себе? Но ведь его я так любила!
Человек земли. Он, мудрый и справедливый, должен радоваться вашему счастью. Ваша радость должна его веселить. Подумайте о том, что там, внизу, нас ждет деятельная, прекрасная жизнь. Все богатства земли я брошу к вашим ногам, чтобы украсить и достойно увенчать жизнь прекрасной моей царицы. Венцом моей деятельной и суровой жизни будет ваша радость, ваше счастье.
Она. Мое счастие! Но ведь я была так счастлива здесь!
Человек земли. Разве это — счастие?
Она. Я была так спокойна!