Выбрать главу

Князь Димитрий

(Минину)

       О муж, почтенный муж! ты почестей достоин!        Кто войски подкрепит, тот есть отменный воин;        Именьем ты своим Россию искупил,        Вздремавших ратников к войне совокупил;        Между главнейшими отечества сынами        Воссядь, почтенный муж, воссядь ты купно с нами.                             Дают ему место.

Минин

       Что сделал я, князья, для почестей таких?        Что я не удержал сокровищей моих,        Что я других склонил пожертвовать именьем,        То делал двигнутый к России сожаленьем.        Именье от нее и жизнь я получил;        Что принял от нее, обратно ей вручил.        Кто только для себя богатство собирает,        На благо общее беспечно тот взирает;        А если нет стыда сокровище иметь,        Употреблять его нам надобно уметь;        Богатый должен ли себя представить чужда,        Когда отечеству в его именьи нужда?        Я сын России, сын по действию небес,        Так дивно ль, что мой долг я матери принес?        Едины изверги родивших забывают,        Когда они в бедах и в нуждах пребывают.        Когда бы принял я за злато знатный чин,        Чин купля бы была, и с вами торг един;        Но если вашего внимания достоин,        Пусть буду я простой в полках российских воин.

Князь Димитрий

       Мы воинов простых все носим имена,        Но тот, кто в страшные России времена        Докажет мужество и храбрость в ратном поле,        Тот славой возгремит и будет прочих боле.        Мы кровь решились лить! Пожарский, ты и я        Соединим полки и будем все друзья!        Когда мы Понтуса сподвижником имеем,        Я льщусь теперь, что мы во подвигах успеем.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те ж и князь Руксалон

Князь Руксалон

       Посольство прислано от Польши и Литвы,        Хотите их принять или отвергнуть вы?        Ответ сей подлежит суждениям боярским,        А я служить хочу против Литвы с Пожарским.

Князь Димитрий

       Бесстрашно можно их к сей думе допустить;        Но наше мнение им должно возвестить,        Что с ними ни в какой переговор не вступим,        Доколь Москвы от уз литовских не искупим.

Князь Пожарский

       Увидя, может быть, полки мои вдали,        Они подсматривать российский стан пришли        И наши склонности испытывать желают.        Явим, что к ним враждой сердца у нас пылают.

Князь Димитрий

       Леон, во сретенье посланникам иди;        Но, стражу удалив, их к нам препроводи.

(Леон уходит.)

       Что презираем их, что их мы не страшимся,        Не воруженными, но тверды им явимся.

Князь Руксалон

       В поляков нам вперять не кротость должно — страх;        Явим, что молнии всегда у нас в руках!        Что с гордостью на их злодейство мы взираем;        Что не беспечны мы, хоть их и презираем.

Князь Пожарский

       К изображению отмщенья и досад        Не нужны молнии, один доволен взгляд.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Вельможа Хоткеев, сопровождаемый многими поляками; он имеет оливную ветвь в руке

Хоткеев

       Россияне! мы вам оливну ветвь приносим        И дружества от вас не требуем, но просим.        Ко человечеству врожденная любовь        Велит и нашу нам щадить, и вашу кровь;        С обеих мы сторон ее довольно лили,        И небо, кажется, сей кровью раздражили;        Огни военные нам время погасить,        Пришла пора сердца к союзу согласить.        Когда спокойствия отечеству хотите,        Оливну ветвь сию из рук моих примите.        Всей Польши именем ее вручаю вам,        России страждущей подпорам и главам;        А если в договор не вступите со мною,        Кровопролития вы будете виною.