Насмешник Рак, увидев Черепаху,
Язвительно ее спросил:
"Куда, сударыня, бежите вы с размаху,
До истощенья слабых сил?",
На это Черепаха так
Ответила: "Любезный Рак!
Я быстрым ходом не хвалюся,
Но все-таки _вперед_ стремлюся,
Не ползала презренно вспять,
А ты опять
Ползешь назад, насмешник дерзкий,
Ни дать, ни взять,
Как "рак журнальный" — князь Мещерский!"
5 декабря 1892
ВОИН АНИКА
Воин Аника в глухой стороне
Едет на добром и верном коне,
Едет и думает:
"Что за беда?
Нету-ста здесь человечья следа,
Даже зверье не бежит на пути,
В поле пустом хоть шаром покати!
Некого здесь за грехи покарать…
Гой! Выходи, супротивная рать!
Низость, Коварство и Барская спесь,
Все на Меня ополчайтесь! Я — здесь…
Здесь я — Аника, как воин Христов,
Доблестно биться за Правду готов.
Только она мне люба, дорога,
Только за Правду пойду на врага…
Нужно на этом печальном свету
Мне защитить Бедноту-Наготу.
Мы-ста еще за Народ постоим,
Мы не падем пред оружьем твоим…
Что же не внемлете грозным словам?
Праздновать трусу — не стыдно ли вам!"
Отклика нету… Пустынно. Темно.
Солнышко спать улеглося давно.
Звездочки в небе высоком зажглись.
Шепчут Анике: "Аника, молись!" —
"Что мне молиться! О ком и о чем?
Я ли не витязь в забрале с мечом!
Волюшку давши коню и мечу,
Словно былинку, врага растопчу.
Силу мою всяк язык разумей!
Злая ли ведьма, трехглавый ли змей,
Или бессмертный Кащей-лиходей
Будут терзать неповинных людей —
Всех разобью, всяка нечисть умрет,
Если за Правду помчуся вперед!"
Дремлет земля — утомленная твердь…
Вдруг пред Аникой является Смерть;
Кости ее, как доспехи, звучат…
Молвила Смерть: "Ни детей, ни внучат
Ты не увидишь, защитник земли,
Воин Аника! Внемли мне, внемли!
Тысячи тысяч людей истреби,
Русь погублю, подкошу и тебя.
Правды не будет на вольной Руси…" —
"Ладно посмотрим… Сражайся, коси!
С добрым конем пред оружьем твоим
Мы-ста за Правду и Русь постоим.
Если умрем — мертвым нету стыда…
Верный мой конь, понатужься…
Айда!"
Конь поскакал. Начинается бой.
Звезды дрожат в высоте голубой.
Звезды, усеяв небесную высь,
С трепетом просят: "Аника, молись!"
"Что мне молиться! О ком и о чем?
Струшу ль пред Смертью — лихим палачом?
Я — богатырь, слава богу, не стар!" —
…Новая сшибка… Смертельный удар.
Смотрят уныло на бой небеса.
Блещет при звездах у Смерти коса.
Молвил Аника, упавши с коня:
"Чудище Смерть, ты сразила меня!
Жаль не себя: ведь не я, так другой
Правду спасет на Руси дорогой.
Биться смертельно за русский народ
С Правдой на Кривду пойдет он вперед!"
1893
ГУСЛЯР
Аль у сокола
крылья связаны?
Аль пути ему
Все заказаны?
Кольцов
Гой вы, ребята удалые,
Гусляры молодые,
Голоса заливные!
Лермонтов
Жил гусляр. Во дни минувшие
Правду-матку проповедовал;
Он будил умы уснувшие,
По кривым путям не следовал.
Пел гусляр: "Веди нас, боженька!
Невтерпеж тропинка узкая…
Гой ты, славная дороженька!
Гой еси ты, песня русская!
Не в тебе ли светит зорюшка
Для народа исполинского?
Долетай до Бела морюшка,
Вплоть до морюшка Хвалынского.
Не кружись вокруг да около!
У тебя ли крылья связаны?
Для тебя ли, ясна сокола,
К небесам пути заказаны?"
Околдован словно чарами,
Пел гусляр… В нем сердце билося…
А теперь, на грех, с гуслярами
Злое горюшко случилося.
Ни пути нет, ни дороженьки…
Нет орлов, не видно сокола.
Устают больные ноженьки,
Бродят все вокруг да около.
Гой ты, песенка-кручинушка,
Песня бедная, болящая,
Не угасни, как лучинушка,
Тускло-медленно горящая!
Вместо песни, слышны жалобы
На судьбу — злодейку гневную.
Спеть гуслярам не мешало бы
Песню чудно-задушевную, —
Чтобы сердце, в ней не чахнуло,
Не дрожало перед тучею,
Чтобы в песне Русью пахнуло,
Русью свежею, могучею!