II
Пока ты пела и летала, листьяпопадали. И легче литьсяводе на землю, чтоб назад из луживоззриться вчуже.
А ты, видать, совсем ослепла. Можнопредставить цвет крупинки мозга,померкшей от твоей, брусчаткесродни, сетчатки,
и содрогнуться. Но тебя, пожалуй,устраивает дух лежалыйжилья, зеленых штор понурость.Жизнь затянулась.
III
Ах, цокотуха, потерявши юркость,ты выглядишь, как старый юнкерс,как черный кадр документальныйэпохи дальней.
Не ты ли заполночь там то и делонад люлькою моей гудела,гонимая в оконной рамепрожекторами?
А нынче, милая, мой желтый ноготьбрюшко твое горазд потрогать,и ты не вздрагиваешь от испуга,жужжа, подруга.
IV
Пока ты пела, за окошком серостьусилилась. И дверь расселасьв пазах от сырости. И мерзнут пятки.Мой дом в упадке.
Но не пленить тебя не пирамидойфаянсовой давно не мытойпосуды в раковине, ни палаткойсахары сладкой.
Тебе не до того. Тебе недо мельхиоровой их дребедени;с ней связываться – себе дороже.Мне, впрочем, тоже.
V
Как старомодны твои крылья, лапки!В них чудится вуаль прабабки,смешавшаяся с позавчерашнейфранцузской башней -
– век номер девятнадцать, словом.Но, сравнивая с тем и овомтебя, я обращаю в прибыльтвою погибель,
подталкивая ручкой подлойтебя к бесплотной мысли, к полнойнеосязаемости раньше срока.Прости: жестоко.
VI
О чем ты грезишь? О своих избитых,но не расчитанных никем орбитах?О букве шестирукой, радитебя в тетради
расхристанной на месте плоскомкириллициным отголоскомединственным, чей цвет, бывало,ты узнавала
и вспархивала. А теперь, слепая,не реагируешь ты, уступаяплацдарм живым брюнеткам, женскимужимкам, жестам.
VII
Пока ты пела и летала, птицыотсюда отбыли. В ручьях плотицыубавилось, и в рощах пусто.Хрустит капуста
в полях от холода, хотя одетапо-зимнему. И бомбой где-тобудильник тикает, лицом не точен,и взрыв просрочен.
А больше – ничего не слышно.Дома отбрасывают свет покрышнообратно в облако. Трава пожухла.Немного жутко.
VIII
И только двое нас теперь – заразыразносчиков. Микробы, фразыравно способны поражать живое.Нас только двое:
твое страшащееся смерти тельце,мои, играющие в земледельцас образованием, примерно восемьпудов. Плюс осень.
Совсем испортилась твоя жужжалка!Но времени себя не жалкона нас растрачивать. Скажи спасибо,что – неспесиво,
IX
что совершенно небрезгливо, либо -не чувствует, какая липаему подсовывается в виде вялыхбольших и малых
пархатостей. Ты отлеталась.Для времени, однако, старостьи молодость неразличимы.Ему причины
и следствия чужды де-юре,а данные в миниатюре– тем более. Как пальцам в спешке– орлы и решки.
X
Оно, пока ты там себе мелькалапод лампочкою вполнакала,спасаясь от меня в стропила,таким же было,
как и сейчас, когда с бесцветной пыльюты сблизилась, благодаря бессильюи отношению ко мне. Не думайс тоской угрюмой,
что мне оно – большой союзник.Глянь, милая, я – твой соузник,подельник, закадычный кореш;срок не ускоришь.
XI
Снаружи осень. Злополучье голыхветвей кизиловых. Как при монголах:брак серой низкорослой расыи желтой массы.
Верней – сношения. И никому нет деладо нас с тобой. Мной овладелооцепенение – сиречь, твой вирус.Ты б удивилась,
узнав, как сильно заражает сонностьи безразличие рождая, склонностьрасплачиваться с планетойее монетой.
XII
Не умирай! сопротивляйся, ползай!Существовать не интересно с пользой.Тем паче, для себя: казенной.Честней без оной
смущать календари и числаприсутствием, лишенным смысла,доказывая посторонним,что жизнь – синоним
небытия и нарушенья правил.Будь помоложе ты, я б взор направилтуда, где этого в избытке. Ты жестара и ближе.
XIII
Теперь нас двое, и окно с поддувом.Дождь стекла пробует нетвердым клювом,нас заштриховывая без нажима.Ты недвижима.
Нас двое, стало быть. По крайней мере,когда ты кончишься, я факт потериотмечу мысленно – что будет эхомтвоих с успехом
когда-то выполненных мертвых петель.Смерть, знаешь, если есть свидетель,отчетливее ставит точку,чем в одиночку.
XIV
Надеюсь все же, что тебе не больно.Боль места требует и лишь окольнок тебе могла бы подобраться, с тыланакрыть. Что было
бы, видимо, моей рукою.Но пальцы заняты пером, строкою,чернильницей. Не умирай, покудане слишком худо,
покамест дергаешься. Ах, гумозка!Плевать на состоянье мозга:вещь, вышедшая из повиновенья,как то мгновенье,