каким был тот, кто вечно был с ним рядом.Стволом? Листвой? Стволом. Нет-нет, листвой.Пускай он сам за ней помчится следом.Дуй, дуй, Борей, пускай под этот войсольется он с листвой не только цветом.Пусть делит участь так, как кров делил,пусть делит вплоть до снега, вплоть до смерти,пускай кричит, чтоб Бог им дни продлил,продлил листве – «с моими смерьте, смерьте».Но тщетно, роща, тщетно, тщетно, лес,не может слиться дом с жильцом, и вспышкалюбви пройдет. Смотри, ведь он исчез.А как же крик? Какой? Да тот. Ослышка.Снег, снег летит, уж больше нет родства,уж белых мух никто не клюнет слепо.Что там чернеет? Птицы. Нет, листва,листва к земле прижалась, смотрит в небо.Не крылья это? Нет. Не клювы? Нет.То листья, стебли, листья, стебли, листья,лицом, изнанкой молча смотрят в свет,нет, перьев нет, окраска волчья, лисья.Снег, снег летит, со светом сумрак слит,порыв последний тонкий ствол пинает,лист кверху ликом бедный год сулит,хоть сам того не знает, сам не знает.Изнанкой кверху – грузный, полный год,огромный колос – хлеб мышиный, птичий;лицо к земле, не жди, не жди невзгод,ищи в листве, ищи сейчас отличий.Снег, снег летит, куда ты мчишься, мышь.Уж поздно – снег, пора, чтоб все вы спали.Зачем ерошишь копны, что шуршишь,куда ты мчишь. Смотри, как листья пали.Изнанкой кверху, ликом кверху, вниз,не все ль одно – они простерлись ниц,возврата нет для них к ветвям шумевшим.Так что ж они шуршат, шумят, скользят,пытаясь лечь не так, как вышло сразу,сейчас земля и свет небес грозятодной бедой – одною стужей глазу.Да есть ли глаз. О нет. Да есть ли слух.Не все ль одно, что скрыто в мертвых взорах.Не все ль равно, коль он незряч и глух.А есть ли голос. Нет – но слышен шорох.Не все ль одно (листу) как лечь, как пасть,земля поглотит, зимний снег застудит.Один апрель во всем разбудит страсть,разбудит страсть и шум в ветвях разбудит.Не все ль равно, не все ль одно, как лечь,не все ль равно, чем здесь к земле прижались,разжали пальцы, вмиг прервали речь,исчезли в ночь, умчались прочь, сорвались.Во тьму, во мрак, застлали тьму ковромнеровным, пестрым, вверх и вниз изнанкой.Не все ль одно – и снег блестит как хром,искрясь венцом над каждой черной ранкой.Не все ль равно – нет-нет, блестит звезда,листва безмолвно слышит крик суровый,слова о том, что в смертный миг усташепнут – то их настигнет в жизни новой.То станет пылью, что в последний мигнебесный свет зальет; то станет гнилью,что смотрит в землю, – листья слышат крик,и шум вослед стремится их усилью.Что видит глаз, о чем шепнут уста,что встретит слух, что вдруг коснется мозга,настигнет снова скрытый вид листа...ищи вокруг... быстрей... пока не поздно.Снег, снег летит; о чем в последний мигподумаешь, тем точно станешь после, -предметом, тенью, тем, что возле них,птенцом, гнездом, листвою, тем, что подле.При смерти нить способна стать иглой,при смерти сил – мечта – желаньем страстным,холмы – цветком, цветок – простой пчелой,пчела – травой, трава – опять пространством.Скворец в гнезде спешит сменить наряд(страшась тех мест, где – мнит он – черно, пусто),вступающий в известный сердцу ряд,живущий в подтвержденье правды чувства.Про это вспоминает край лишь тот,где все полно жужжанья, крику, свету,борясь, что сил, с виденьем тьмы, пустот,отчаянно к себе зовет победу:"Вернись же, лето. Стог, вернись хоть стог.Вернись же, лето, что ж ты прочь из мозгалетишь стремглав, вернись хоть ты, ростокночной травы, вернись, уж поздно, поздно.Вернись хоть стог, вернись хоть сноп, хоть жгут,вернись хоть серп, вернись хоть клок туманныйв рассветный час, вернись, вернись, лоскуттуманной ленты в сонной роще рваный.Прочь, прочь, ночной простор (и блеск огня),прочь, прочь, звезда над каждой черной кроной,прочь, прочь, закат, исчезни, сумрак дня,прочь, прочь, леса, обрывы, грач с вороной.Прочь, прочь, холмы, овраги, тень куста,прочь, прочь, лиса, покиньте, волки, память.Прочь, клевер, мох, сокройтесь в те места,где ветер мчит: ведь вас ему не ранить.Прочь, ветер, прочь, вокруг еще светло.Прочь, прочь, листва – с ветвей, от взора – скройся.Прочь, лес родной, и прочь, мое крыло,из мозга прочь, закройся клюв, не бойся".Снег, снег летит. Прощай, скворец в гнезде.Прощай, прощай, борись за то, чтоб вспомнить.Спеши, спеши, смотри: уж снег везде.Родной весной попробуй ум наполнить.Снег, снег летит. Вокруг бело, светло.Одна звезда горит над спящей пашней.Чернеет лес, озера льдом свело,и твой на дне заснул двойник всегдашний.Засни и ты. Забудь тот крик, забудь.Засни и ты: смотри, как соснам спится.Всегда пред сном твердишь о чем-нибудь,но вот в ответ совсем другое снится.Снег, снег летит, скрывая красных лис,волков седых, озерным льдом хрустящих,и сны летят со снегом вместе внизи тают, здесь, во тьме, меж глаз блестящих.Снег, снег летит, и хлопья быстро льнутк ночным путям, к флюгаркам мертвых стрелоки к перьям их, огни на миг сверкнут,и вновь лишь ночь видна – а где – в пробелах.Снег, снег летит и глушит каждый звук,горох свистков до снежных баб разносит,нельзя свистеть – и рынду рвет из рук -нельзя звонить, и рельсы быстро косит.Нельзя свистеть. Нельзя звонить, кричать.Снег, снег летит, и нет ни в ком отваги.Раскроешь рот, и вмиг к устам печатьприльнет, сама стократ белей бумаги.Снег, снег летит, и хлопья льнут к «носкам»,к кускам угля, к колодкам, скрытым шлаком,к пустынным горкам, к стрелкам, к «башмакам»,к пустым мостам, к пикетным снежным знакам.А где столбы. Их нет, их нет, каюк.Нельзя снестись ни с чем посредством почты.Нельзя свистеть, нельзя звонить на юг,стучать ключом, уж только избы – точки.