Я не могу понять… — начала она, но Кэллаген прервал ее движением руки.
Естественно. Ведь я еще даже не начал свою историю. Это всего лишь вступление. Итак, вернемся к тому дню, когда вы попросили мужа дать вам развод, а он вам в этом отказал. После этого вы провели несколько дней в "Майфилд-Плейс" — вам хотелось обдумать все как следует и принять окончательное решение. Именно тогда у вас сложился план, касающийся короны. Вы изложили его в письме, которое послали своей сестре. В нем вы писали, что было бы неплохо, если бы вы, покидая мистера Денниса, прихватили с собой корону. Вы полагали, что в этом случае вам будет легче вести дальнейшие переговоры с мужем по поводу вашего состояния, которое он растратил.
Она бросила на него удивленный взгляд.
Откуда вы… Откуда вы узнали о письме?
Я видел его… Правда, не все, а только второй лист, — ответил он. — Однако, если вы разрешите, я хотел бы продолжить свой рассказ. Итак, вы решили завладеть диадемой. Однако вы вовсе не горели желанием лично похитить ее, а потому обратились к подходящему для такого дела человеку, с которым были знакомы. Я имею в виду Сайрака, которого недавно убили. Вы дали ему ключ от "Майфилд-Плейс" и сообщили цифровую комбинацию, отпирающую сейф. Он без каких-либо затруднений извлек корону из сейфа и доставил ее вам. Все это время корона была в ваших руках, вы продумывали план дальнейших действий, но вдруг… вдруг вам на глаза попалось объявление в "Таймсе", и вы почувствовали себя весьма неуютно. Вы не знали, что вам делать: ведь в игру вот-вот должна была вступить полиция… В то же время вы чувствовали, что не в силах вернуть корону мужу: одна мысль об этом вызывала у вас ужас. И тогда вы обратились ко мне, чтобы корону вашему мужу вернул я!
Но этой диадемы у меня нет! И никогда не было!
Вам вовсе не следует расстраиваться по этому поводу. У вас нет короны, но она есть у меня. Вы, конечно, понимаете, что история, которую я вам рассказал, это версия, которой нам надлежит придерживаться.
— Но почему? Ведь я не похищала короку! Кэллаген недовольно покачал головой.
— Вы не догадываетесь? Хорошо, отвечу на ваш вопрос предельно четко: потому что корона была украдена Ирен, которая, идя на это, отнюдь не собиралась отдавать корону вам. Нет, она использовала Сайрака, чтобы украсть корону для себя — ей хотелось отомстить Артуру Деннису. И если это откроется, она вполне может угодить за решетку.
Руки Паолы так сильно сжали подлокотники кресла, что ее пальцы побелели.
— Это… действительно так? — спросила она срывающимся голосом.
Кэллаген кивнул.
Но это еще не все, — продолжал он, отпив немного виски. — Ваша любящая риск сестра устроила свои дела так славно, что, кроме обвинения в краже, ей может быть предъявлено обвинение в убийстве!
Боже!.. — Лицо Паолы было бледным, как полотно. — Этого не может быть! — воскликнула она с отчаянием. — Скажите, что это не так! Вы представить себе не можете, как я тревожусь за Ирен!
Я тоже тревожусь, — мрачно проворчал Кэллаген, — но не за нее.
А за кого же?
За вас! — Он подошел к столу и взял сигарету из шкатулки. — Я выполню то, что вы мне поручили. Видите ли, я намерен заработать эти двести пятьдесят фунтов.
Но почему вы тогда вернули Ирен тысячу фунтов?
О, это совсем другая материя! В некоторых случаях я очень щепетилен с клиентами. Полагаю, вы были бы удивлены, узнав, что я способен для них сделать… при определенном стечении обстоятельств.
Казалось, Паола несколько успокоилась.
— Скажите, мистер Кэллаген, — обратилась она к детективу, — что за убийство вы имеет в виду и какое отношение оно может иметь к моей сестре? Ирен не может быть связана с убийством, это невозможно!
Кэллаген печально усмехнулся.
Вы так думаете? Да, сестры нередко ошибаются, когда считают, что хорошо знают друг друга… Вот и вы, разумеется, полагаете, что отлично знаете Ирен. Она представляется вам очень славной современной девушкой — умной, проницательной, деятельной… ну, может быть, немножко импульсивной и склонной к авантюрам. Но на самом деле она не такая. Ирен — женщина, готовая использовать любые средства для достижений поставленной целя. Я не уверен в том, что после того как я скажу все, что намерен сказать, вы по-прежнему будете любить ее!