Или на новую программу
Сходить с подругой в синема,
Смотреть на герлс, на мелодраму
«Любовник леди»… — страсть сама.
Так жизнь размеренно, уютно,
В трудах и день за днем течет.
Никто не слышит смутно, смутно.
Что рушится небесный свод.
Так с мельницами Дон-Кихоты
Сражались в пламени страстей,
И ветер от круговорота
Ревел средь мельничных снастей.
Так Санхо-Панчо в страшном мире
За рыцарем во всей красе
Труся, мечтали о трактире,
О выпивке и колбасе.
И этот страшный мир в тумане
Шумит, как голова в жару,
Как из кастильского романа
Мильоны мельниц на ветру.
Как мельницы шумят крылами
В прекрасном небе голубом!
А рыцарь умирает… Даме —
Последний вздох… Народ кругом…
74. Из Библии («Одно назначенье…») — Последние новости. 1933.18 мая. № 4439. С. 3. С дополнительной второй строфой: «Душе твоей гласа / Небесного зов, / Судьба свинопаса / Под сенью дубов».
75. «Душа моя, ты — чужестранка…» — Последние новости. 1932.3 ноября. № 4243. С. 3.
77. История солдата («Служил как надо…») — Последние новости. 1933.12 марта. № 4372. С. 3. С многочисленными разночтениями, ранний вариант ниже приводится полностью:
ИСТОРИЯ СОЛДАТА
Служил как надо
Солдат Иван,
Краса парада
Под барабан.
Надежда в мире
Свинцовых пчел,
Всегда в мундире,
Всегда орел.
Начищен мелом
Орленый ряд —
Душой и телом
Он был солдат.
Он даже горы
Переходил,
Он мерз в дозорах
И грязь месил.
Спал под шинелью
И грыз сухарь,
А для веселья
Был друг шинкарь.
Всегда служивый
Клал в свой мешок
Иглу, огниво
И табачок.
Таскал, как сивка.
Пуды, пуды.
Ему нашивка
За все труды.
Их судьбы к славе
Вел генерал,
На переправе
Солдат упал
></emphasis>
И вспомнил дальний
Домишко свой
Сквозь дым батальный
Пороховой,
И как в окошке
Зима была,
Как мать лепешки
Ему пекла…
></emphasis>
Что жизнь солдата?
Пошлют в пикет
Или граната —
И ваших нет!
На части — сердце,
В крови — мундир,
И ангел смерти
Слетает в мир.
Но, слава Богу,
На этот раз
Лишь пуля в ногу,
Осколок в глаз,
Лишь деревяшка
Да глаз в бельме,
Медаль, бумажка:
«Дано сие…»
Так он, убогий,
Хромой, кривой,
Шел понемногу
К себе домой.
Навстречу дальний
Автомобиль
Вдоль ив печальных
Вздымает пыль,
А в нем, из рая,
Слетев сюда,
С небес — такая
В нем красота.
Что стало тихо
В душе земной,
И отдал лихо
Честь головой.
Прощай, красотка!
А в честь красы —
Бутылка водки,
Фунт колбасы.
></emphasis>
Завил служивый
Свой длинный ус,
Вино под ивой
Имеет вкус.
Довольно, милый,
Повоевал,
Нам до могилы
Теперь привал,
В стране кирпичных
Казарм, фортов.
Ты роль отлично
Сыграл без слов.
78. О душе («Дела и делишки… Доходы…») — Последние новости. 1934. 11 октября. № 4949. С. 3. Под названием «Предостережение».
79. «Бездушных роз корзина…» — Последние новости. 1933. 2 апреля. № 4393. С. 4. С разночтениями в строках 9 («Так никогда на свете»), 15 («На грубый на реальный») и с дополнительными строфами после 2-й строфы («Но ничего не надо / Менять в судьбе такой / Средь оперного сада / Из краски клеевой») и после 4-й («Так мы не променяем / На рай бумажный ад, / Под слезы доиграем / Последний акт — закат»),
80. «Голубое платье, как лира…» — Современные записки. 1934. № 54. С. 190. Под названием «Голубое шумное платье» и с разночтениями в строках 1–6 («Голубое шумное платье, / Шумевшее, как на балу. / И вещи иного мира — / Пара туфелек на полу. / И с небес, а может из ада, / Голос, слышный едва-едва»).
81. Статуя («Она в музейной тишине…») — Числа. 1932. № 6. С. 13. Под названием «У статуи» и с разночтением в 10-й строке («Ночная родина колонн»),
82. Богине («Ты улыбаешься надменно…») — Числа. 1932. № 6. С. 12.
83. Анна Болейн («Чуть теплится совесть в злодеях…») — Последние новости. 1935.31 января. № 5061. С. 3. С разночтением в 4-й строке («Такое смятенье, не страх»),
85. Дуб («Всех плотников, муз, адмиралов…») — Последние новости. 1934.15 февраля. № 4711. С. 3. С разночтениями в строках 1 («Муз, плотников и адмиралов»), 7 («Больших корабельных сражений —»), 13 («Так путаются под ногами») и 15 («Делишки людишек. Так в храме»), а также 4 дополнительными строфами после 3-й строфы:
Склоняется мать к колыбели.
Ребенок в свистульку свистит.
Муж хижину строит. В постели
Ленивец беспечный храпит.
А ты над земной суетою
В величественной высоте
Шумишь благородной листвою
О небе и о красоте.
Ты только один о прекрасном
Шумишь средь житейских забот,
Над благополучьем напрасным.
Над мирным течением вод,
Пока в одиночество Бога
Не явится стадо свиней —
Прикрыться дубовою тогой.
Отведать твоих желудей.
86. «Судьба поэта? — Не боле…» — Современные записки. 1934. № 55. С. 191–192. Вместо 3-4-й строф идет следующий текст:
Внизу волнуются груди,
В лазурь зеваки глядят,
На площади ходят люди
И бутерброды едят.
Один, склоняясь к подруге:
Пожалуй, он упадет!
Должно быть, страшно в испуге
Вдруг падать с этих высот.