И он очень хорошо знал, что наказанием за государственную измену была смерть.
- Действуй дальше, ну, - прорычал он. – Чего ты ждёшь?
- Ничего больше, - стражник глумился над ним. – Представь моё счастье быть тем, кто убьёт наследника Кровавого Короля. Какая честь!
Но тогда рука настигла странника, и кровавый нож полоснул его горло, создавая широкую багровую линию и проливая кровь на зелёный мундир.
Стражник бросил меч, отшатнулся и вцепился в зияющую рану на горле, прежде чем упасть в сторону и лишь дрожать.
Клео с грохотом бросила кинжал на гладкий, холодный пол.
- Это, - сказала она, и её голос дрожал, - моя расплата. Всё в порядке?
Магнус ошеломлённо смотрел на неё.
- Всё в порядке.
Она посмотрела на него на мгновение дольше, а после побежала к Нику, что наблюдал за всем в храме в состоянии шока. Он схватил её, притянул к себе и сжал в объятиях.
Магнус избежал смерти в тот момент, когда был готов принять её.
Как неожиданно.
Он приподнялся на ноги, используя целую руку, и посмотрел на принцессу.
- Надо найти Люцию. И нам надо отобрать кристалл у Амары.
Ник провожал тело Ашура болезненным взглядом, прежде чем вместе с Клео покинул храм. Магнус наблюдал, как принцесса смотрела на него с большей досадой, чем он прежде.
- Что? – спросила она.
- Ничего, - прорычал он в ответ. – Хватит тратить время. Пойдём.
Магнус понял одну ужасную вещь. Нечто, что не принесло ему ничего, кроме боли и страдания сегодня.
Это было правдой о нём.
Он влюбился в неё.
Глава
36
Люция
Лимерос
Люция отдала последнюю монету за повозку в лимерийский дворец. Её истинный дом. По пути она воспользовалась магией земли, чтобы исцелить рану. Боль была лишь в памяти сейчас. Она могла исцелить себя, но не могла исцелить Алексиуса.
"Я пыталась, - думала она. – Я никогда не пыталась сильнее. Прости, что не удалось".
К тому времени, когда она прибыла во дворец, уже почти рассвело.
Кромешно тёмные гранитные шпили тянулись в небо – чёрное на чёрном. Она шла мимо дворца, игнорируя тепло, и прошла вдоль тенистых путей, извилистых неподвижных садов, что так отличались от светлых и живых в Ораносе.
Такие разные, но по-своему потрясающе красивые.
Она смотрела на скалы, что смотрели в Серебряное море, освещённые сейчас только лунным светом. Она стояла на самом краю и смотрела вниз, на блестящую чёрную воду, что разбивалась о скалистый берег.
Она отложила кинжал Алексиуса, по-прежнему залитый его кровью.
Его тело пропало из её рук во вспышке света всего лишь спустя мгновение после его смерти. Если б не так, она никогда бы не покинула храм, она бы осталась с ним навсегда. Но там ничего для неё больше не было.
Прежде чем он вздохнул последний раз, он сказал ей приехать сюда и ждать.
И она ждала.
Она услышала хруст снега за нею, что сигнализировал о чьём-то приходе. Но Люция не обернулась. Она сосредоточилась на воде и на дальней линией горизонта, и луна опускалась ниже и ниже.
- Тяжёлая ночь, - женский голос, спокойный и мелодичный.
- Да.
- Ты знаешь, что я, не так ли?
Ожидая увидеть отвратительного монстра перед нею, Люция повернулась к женщине, что всё уничтожила. Вместо этого она увидела ту же золотую красоту, что и в пугающем видении прошлого.
Глаза Миленьи были словно сапфиры с завитками расплавленного золота. Гипнотические. Она носила платье из платины и хрусталя. Её кожа светилась, и волосы спадали каскадом светлого золота в обрамлении чёрного дерева темноты позади неё.
Её красота была настолько яркой, настолько нереальной, что становилось страшно.
- Уверена, ты очень сердишься на меня, - сказала Миленья, и её взгляд остановился на кинжале Люции. – Но все попытки мести будут тщетны. Я бессмертна, даже сейчас, ведь стена ослабла между нашими мирами. Это оружие не повредит мне.
Туман завис вокруг Люции, туман из горя и боли. Она едва могла видеть сквозь него, но должна была попробовать.
- Это не для тебя.
- Приятно слышать. Но я понимаю, как ты себя чувствуешь. Уверена, Алексиус рассказал тебе много ужасов обо мне, но ты не должна верить во всё это.
- Ты хотела убить меня.
- Я хотела, чтобы он ранил тебя. Твоя кровь настолько могуча, что она сломила проклятие, которое так долго держало нас в тюрьме. Благодаря тебе впервые за тысячу лет я покинула Убежище.
Люция крепче ухватилась за рукоятку кинжала.
- Как замечательно для тебя.
Миленья улыбнулась.
- Знаю, как это – любить кого-то, чтобы дождаться его смерти, и твоё сердце будто останавливается.
- Ты чувствовала это, да?
- Да. Я чувствовала это веками. Но скоро я воссоединюсь с моей любовью.
- Ты сделала всё для этого. Поэтому Алексиус умер. Сотни умерли, пропитав дорогу кровью. Всё, чтобы ты воссоединилась с утраченной любовью. С Родичем Огня.
Проблеск удивления зажёг красивые глаза бессмертной.
- Алексиус знал больше, чем я ожидала.
Умирающий голос парня, которого она любила, отражался в ушах Люции.
"Кристаллы – это не магия Родичей, принцесса. Магия – это то, что в ловушке внутри. Элементали заключены в тюрьму в каждой сфере. Это наш секрет. Это то, что мы хранили. Это то, что мы защитили от мира, и то, от чего мы защитили мир.”
Взгляд Миленьи застыл, но её улыбка оставалась неизменной.
- Каждый делает всё для настоящей любви.
"Бог огня самый могучий из всех Родичей, и попал в янтарную сферу, - шептал ей Алексиус. – Чтобы освободить его, Миленья уничтожила бы мир".
Люция вздрогнула.
- Нет, ты не права. Истинная любовь не эгоистична.
- Это твоё мнение. Но есть только одно, что стоит на моём пути и не даёт воссоединится с тем, кого я люблю больше всего на свете.
- Я, - сказала Люция.
- Боюсь, что да. Я знала, Алексиус не сможет убить тебя. Я видела это в его глазах, независимо от того, как глубоко проникла моя магия. Я видела, что его любовь к тебе была правдива. Счастливая девушка. Большинство никогда не испытывало такую сильную любовь. Представь только, мальчик умер за тебя.
Горе ослепило Люцию на мгновение, пока она не собралась с силами, чтобы оттолкнуть его.
- Как ты убьёшь меня? – спросила Люция, и её голос дрогнул вновь.
- Как и Эву. Я украла её магию, украла её бессмертие, но ты уже смертна. Это проще, но не менее приятно. Теперь, - сказала она, и ненавистная улыбка всё ещё была на её губах, - давайте сделаем это.
Что-то привлекло внимание Миленьи, и она посмотрела вниз на землю слева от Люции.
- Это твоё кровь, -сказала она.
- Да, - согласилась Люция.
Миленья посмотрела на снежную землю и увидела, какой символ Люция сделала собственной кровью. Треугольник – символ огня.
Улыбка исчезла с уст Миленьи, и её глаза расширились.
- Что ты наделала?
- Алексиус сказал мне, что я могу сделать в любом месте символ моей кровью, чтобы вызвать его теперь, когда он разрушен. Это его решение, если он хочет подчиниться.
Взгляд Миленьи отчаянно метался, пока она не заметила фигуру, что приближалась со стороны скал.
Высокий незнакомец носил плащ. Люция не видела его лица, но знала, кто это. Самые меньшие эмоции нашли путь в её сердце отталкивая онемение горя.
Страх.
Он отвёл капюшон, показывая тёмно-светлые волосы и янтарные глаза. Он был красив, как Алексиус, неестественно красив. Все Хранители были прекрасны и вечно молоды, как сказал Алексиус.