Я вспыхнула от наглости Кирстана и опустила голову, чтобы профессор не увидел моего смущения.
– Ну да, ошиблись аудиторией и поэтому так подробно все объясняете, – фыркнул насмешливо преподаватель.
– Извините, что помешали, – с лукавой улыбкой извинился Кирстан.
– Ничего страшного, атер Стефанович, – спокойно ответил профессор, давая понять, что в курсе, кто срывает ему урок. – Передайте вашему другу, когда ЕЕ встретите, что ОНА будет отвечать на моем экзамене на дополнительный вопрос, и еще не забудьте передать ЕЙ, что это вина ЕЕ друзей, результат их невоспитанности и наглости.
Кирстан и Донат теперь не выглядели довольными, скорее растерянными, а я была раздосадована. Я же нормально веду себя, соблюдаю дисциплину, выполняю задания, отвечаю на вопросы. И как он понял, что они пришли ко мне? Осторожно подняла голову и встретилась с насмешливым взглядом профессора.
– Не так просто быть хорошенькой молодой девушкой, студентка Стенфилд, как вы считаете? – язвительно спросил он.
– Не знаю, господин профессор. Я не отношу себя к ним, – как можно спокойнее ответила я.
И тут услышала громоподобный хохот профессора.
– Какая же вы кокетка, студентка Стенфилд. Такие красавцы ходят за ней хвостом, а она, видите ли, не относит себя к хорошеньким девицам. Ха-ха-ха! Насмешила меня.
Я покраснела как маков цвет, испепеляя взглядом Кирстана с Донатом. Те, слава Богине, сразу исчезли и закрыли дверь.
– Учитывая вашу скромность и за великолепную подготовку к уроку, так и быть, забуду о сегодняшнем инциденте, студентка Стенфилд, – добродушно посмеиваясь, произнес профессор Закошцелич. – Только предупредите своих нетерпеливых поклонников, которые владеют магией огня, чтобы больше не срывали занятия для магов земли.
– Спасибо, профессор. Я им такое устрою!
– Вот видите, студенты, я же говорил в начале урока, что магия земли – это первооснова всех магий. Вот, например, мы на деле увидели, как маги огня тянутся к магине земли, потому что понимают, что без магии земли их жизнь неполноценна, что именно стихия земли дает жизнь всему сущему, – двусмысленно произнес профессор.
Теперь уже все студенты хихикали, посматривая на меня, а я сидела красная и возмущенная.
На что это профессор намекает?
Глава 17
– Просыпается, – услышала я сквозь сон озабоченный голос сестры Таисии. – Волнуется и переживает. Посмотрите на ее лицо.
– Искусственный сон прошел, теперь лера Тубертон начинает вспоминать события, которые растревожили сознание, – спокойно ответил ученый Стонич. – Состояние пациентки оставляет желать лучшего – последние воспоминания сильно потрясли ее. Сейчас необходимо как можно больше положительных воспоминаний.
– Лера Тубертон, засыпайте, – сквозь сон просочился монотонный голос ученого.
Я попыталась сопротивляться – не хотела спать, желала узнать правду.
– Джейсон, – прошептала, – Джейсон…
Родные глаза стояли передо мной. Но не яркие, радостные и живые, а тусклые, пустые и безжизненные, без искры огня.
– Пожалуйста, – прошептала. – Джейсон, пожалуйста, нет…
– Магическая академия, лера Тубертон, – настойчиво проникал в сознание голос ученого. – Друзья. Экзамены…
– Джейсон… не должен… умереть… Не может…
– Что она шепчет? – с недоумением спрашивал ученый. – Вы можете разобрать, сестра Таисия?
– Нет, господин Стонич, – вздыхала сестра милосердия. – Но лера Тубертон сильно переживает.
– Я это вижу, – с раздражением пробубнил ученый.
– Друзья, лера Тубертон, – вновь проникал в разум настойчивый голос ученого. – Вспоминайте академию, где вам было хорошо и спокойно.
Я торопилась на последнюю лекцию, которую читала моя тетя, профессор Манцевич. Уже свернула в нужный коридор, когда меня остановила группа девушек с другого факультета.
Одна подошла ко мне – старшекурсница Миранда Канчаловски, которую знала вся академия как сильного мага воздуха. Умница, красавица и аристократка.
– Привет, блаженная, – насмешливо улыбнулась она.
Я попыталась пройти мимо.
– Эй, блаженная. – Миранда перегородила мне дорогу. – Хочешь узнать секрет?
Вопросительно посмотрела на нее.
– Знаешь, почему сам Кир Стефанович и его дружки крутятся вокруг тебя? – ядовито спросила она. – Он поспорил с парнями, что затащит тебя в постель.
Выглядела Миранда очень довольной, а я почувствовала себя обескураженной.