Перед мысленным взором стояли странно потерянные синие глаза. Кир так смотрел, словно только что осознал, что я действительно уезжаю.
Глава 21
Ну что ж, я вспомнила друга – Кирстана Адриана Юлия барона Стефановича, будущего герцога Зулич-Матевицкого.
Не просто какие-то эпизоды из жизни – вспомнила все, что нас связывало. И он действительно мой настоящий друг. Хотя и подданный Марилии.
Когда в один из дней сестра Таисия подошла к двери и стала с кем-то шептаться на пороге палаты, я спросила с надеждой:
– Кто там, сестра?
– Атер Стефанович, – нехотя призналась женщина. – Пришел узнать о вашем самочувствии.
Я взволнованно завозилась на кушетке, чувствуя неожиданную робость, судорожно вздохнула, а сестра быстро добавила, будто испугавшись:
– Атер уже уходит, лера Тубертон. Не волнуйтесь.
– Сестра, пусть не уходит, – глухо проговорила я. – Атер Стефанович может зайти, я не против его посещения, – добавила я дрогнувшим голосом.
Сестра ордена Трилистника с изумлением уставилась на меня и замерла, но Кир, видимо, услышал мои слова и зашел в палату. Он не стал близко подходить, как раньше, – остановился на расстоянии.
А я впилась в него взглядом, вбирая в себя дорогой облик, вновь изучая крепкую высокую фигуру и знакомые черты лица.
– Оставить вас? – вопросительно посмотрела на мужчину сестра Таисия.
– Да, сестра, оставьте, раз уж пациентка сама захотела поговорить со мной. Полагаю, она хочет в чем-то признаться, – холодно ответил Кирстан.
В изумлении я уставилась на мужчину, но он выразительно указал глазами на дверь. На моем лице Кир прочитал мелькнувшее облегчение и заговорщицки подмигнул. Совсем как раньше, в студенческие годы.
– Хорошо, атер, поняла вас, – с пониманием ответила сестра, заметив наши переглядывания. – Вернусь через полчаса.
Кир установил полог тишины и вопросительно посмотрел на меня.
– Я все вспомнила. Про нашу дружбу.
На лице Кира появилось облегчение, он слабо улыбнулся и медленно подошел ближе.
– Я рад. Очень ждал того дня, когда вспомнишь меня.
Мы молча и долго смотрели друг на друга. Я жадно впитывала в себя изменившиеся черты. Раньше, общаясь и не помня его, я не могла сравнить настоящего Кира с прежним веселым юношей, не могла увидеть произошедшие изменения.
Кир стал взрослым мужчиной, с красивым мужественным лицом, крепкой фигурой и широкими плечами.
Видным и представительным.
Только сейчас он был бледен и выглядел невероятно уставшим, о чем кричали синие круги под глазами.
– Жаль, что не могу обнять тебя, – прошептала я. – Очень соскучилась.
Кир подошел, наклонился и осторожно положил большую ладонь на мою щеку, нежно погладил кожу шершавым пальцем.
Я прижалась щекой к теплой ладони, задрожала от нежданной ласки и прикрыла глаза.
– Малышка моя, – нежно прошептал друг. – Я так сильно переживал из-за того, что ты не доверяешь мне.
Я подняла взгляд, встретила потемневшие, серьезные и теперь такие знакомые синие глаза.
– Прости, пожалуйста, за мое поведение.
– Глупости. – Кир присел на стул рядом с кроватью и внимательно посмотрел на меня. – Тебе не за что просить прощения… Эликсиры Стонича помогают тебе, Лори? Пей все, что он дает, выполняй все рекомендации.
Я покорно кивнула.
– Многое уже вспомнила?
– Достаточно много, Кир, но об артефакте пока ничего. Что произошло с тобой, Кир, за эти годы?
– Окончил САМИМ с отличием, стал дипломированным магом огня, боевиком, устроился в Военное министерство Марилии, – пожал он плечами. – Мог бы и не устраиваться, но безделье не для меня. Еще… – он запнулся и криво улыбнулся, – женился на одной прекрасной девушке. Стефания родила мне двоих сыновей. Как видишь, ничего особенного, малышка.
– Ничего особенного? Ты женился?! – поразилась я. – И уже двое детей?! А я собиралась повеселиться на твоей свадьбе и посмотреть на ту девушку, которая смогла тебя покорить.
– Ты тоже вышла замуж и не позвала меня на свадьбу, – грустно усмехнулся Кир. – А ту, кто смог меня покорить, ты можешь увидеть в зеркале.
– Кир, – глаза наполнились слезами. – Не говори так.
– Говорю то, что есть. – Друг вытащил белоснежный платок и стал аккуратно вытирать с моих щек слезы. – Пожалуйста, не плачь.
Теплые, ласковые глаза друга как будто нежно гладили меня по волосам, лбу, абрису лица, дугам бровей. А я читала в них… решимость. Такую знакомую мне.