Я почувствовала, что сердце бешено бьется, во рту пересохло, а ноги стали ватными. Да что же это? Я все так же восхищаюсь им и люблю его?
Я так надеялась, что, увидев его, пойму, что он уже не так важен для меня, а моя «детская любовь» прошла.
Однако, несмотря на то что на Джейсе была грязная, местами рваная одежда, а волосы растрепаны, я поняла, что он остался для меня самым красивым мужчиной на свете.
И тут я заметила, что рука Джейсона крепко сжимает другую руку – белую и нежную. Перевела взгляд на обладательницу ручки, сердце болезненно сжалось. Рядом с ним стояла изящная брюнетка с большими голубыми глазами, настолько красивая, что, даже несмотря на неопрятную одежду, захватывало дух.
Джейсон крепко держал ее за руку. В тот момент они вдвоем что-то возмущенно доказывали несговорчивому преподавателю.
Мама крепко сжала мою ладонь, я в удивлении, как-то заторможенно, перевела на нее взгляд.
– Ты в порядке? – с беспокойством прошептала она. – Нам пора. Не надо, чтобы вы пока встречались, ты не готова к этому.
– Думаю, ты права. Нужно незаметно пройти мимо.
Я взяла себя в руки – не хватало еще, чтобы Джейсон увидел меня такой, как сейчас: потрясенной, растерянной, жадно его рассматривающей.
Как оказалось, вовремя.
В это время преподавателю удалось ускользнуть от возмущенных студентов, те остались одни, громко обсуждая случившееся.
Мы с мамой постарались незаметно проскочить мимо. К сожалению, другой дороги ни в библиотеку, ни на выход из академии не было.
Мы уже подумали, что нам повезло, когда услышали за спиной громкий изумленный возглас:
– Графиня Ванесса Стенфилд?!
Мы продолжали идти, сделав вид, что не услышали возглас Джейсона. Старались не ускоряться, чтобы выглядеть естественно, оставалось несколько шагов, чтобы повернуть за угол в коридоре.
– Графиня Ванесса, подождите! – повысил голос Джейсон.
С замиранием сердца я услышала быстрые решительные шаги за нами.
Практически сразу я услышала вопль, полный настоящего возмущения:
– Лори?! Да стой же! Лорианна!
Не успели.
Мы остановились. Я просто окаменела, не в силах обернуться к Джейсону.
Как же так? Почему он заметил нас? Почему я так реагирую на него? Просто кошмар какой-то.
Моя любимая мамочка больно ущипнула меня за руку. Я с изумлением уставилась на нее, встретив достаточно жесткий взгляд прекрасных голубых родных глаз. Этот взгляд и щипок привели меня в чувство – у мамы очень редко появлялся такой взгляд. Она строго смотрела на меня, давая взглядом команду собраться и не выглядеть идиоткой.
– Лорианна. Графиня…
Я как можно спокойнее обернулась. В двух шагах от меня застыл Джейсон, который успел оставить своих спутников, девушку и броситься за нами. Противоречивые чувства обуревали его: и радость, и сомнение, и неверие, и обида, – и отражались в светло-карих глазах. Показалось, что он боролся с собой, чтобы не броситься ко мне.
Ближе он оказался еще красивее, аж дух захватывало, и на меня вновь напал ступор.
– Лер Джейсон Тубертон? – притворно удивилась мама, но выглядело все вполне натурально. Она встала за мной и снова ущипнула за руку. Я вздрогнула. – Что вы тут делаете, в Зардане? Разве вы учитесь не в Столичной академии?
– Лори, это действительно ты? – Джейсон с изумлением рассматривал меня, не обращая внимания на мамин вопрос.
Казалось, он вообще ее не услышал. Похоже, он не верил своим глазам. Я понимала его. Конечно, я изменилась за эти годы. Как и он. Той наивной, часто растрепанной девчонки, с которой он носился по лесу и лазал по деревьям, больше нет. А когда он видел меня в последний раз перед отъездом в Марилию, я напоминала привидение.
Теперь же перед ним стояла молодая элегантная лера двадцати лет в модной шляпке и со спокойным (я очень надеялась на это) доброжелательным лицом.
– Здравствуй, Джейсон.
– Я ждал, что ты вернешься, потому что Марилия всех наших вышвыривает. Но не знал, что ты уже здесь. Никто не сказал мне. Поступаешь в эту академию?
Джейс жадно разглядывал меня, рассматривая с ног до головы, и от этого взгляда становилось горячо и сладко, я еле держала лицо.
Студенты, которые до этого возмущались несправедливостью их преподавателя-куратора, теперь обступили нас с мамой.
– В прошлом году я перевелся в эту академию, – произнес Джейсон, с трудом переведя взгляд на мою маму.
– Лори? Та самая Лори? – высокий брюнет, который громче всех спорил с преподавателем до этого, в удивлении уставился на меня.