Со следующего дня господин Стонич стал регулярно приходить ближе к обеду, поить меня новыми незнакомыми лекарствами в определённой понятной одному ему последовательности: сначала странным зеленым вяжущим лекарством , затем сладким желтым, а затем он прикреплял к голове и груди в область сердца не менее странные резиновые "колокольчики", которые подключал к небольшому прибору. От этих присосок я чувствовала небольшие импульсы, как будто мелкие иголочки покалывали кору головного мозга и область сердца на груди.
- Эти умники маги - целители ничего-то и не могут без магии, - ворчал смешной ученый, присоединяя ко мне странные присоски. - Назначили одного якобы самого умного мага Главным целителем, а у него ума, как у торговца горшками. Как можно выписывать при амнезии столько успокоительных и снотворных лекарств? С ума сойти! А ведь я говорил...
Он ворчал и ворчал, не обращая внимания на мои круглые глаза , разговаривая сам с собой.
Когда все подключил, то сел рядом на стул, пощелкал рычажки на приборе и замер, задумавшись. Через некоторое время отмер и посмотрел на меня.
- Нужно подождать немного, когда подействуют эликсиры, которые вы выпили, - спокойно объяснил. -Должно пройти ровно сорок минут и можно подключать мой замечательный прибор. Один эликсир изготовлен из отвара, полученного из корней аира и девясила, и позволит укрепить сосуды вашего головного мозга и улучшить кровоснабжение. Только нужно регулярно пить без пропусков. Во втором содержаться все необходимые вам витамины и минералы, необходимые при правильном и полезном питании, что также улучшает работу мозга.
Господин Стонич поёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее.
- Надо сказать, чтобы кресло поставили помягче, а то я стану кривой, пока буду восстанавливать вашу память, - проворчал он. - Никакого уважения к гениальным ученым. Только и слышно: «магия то, магия се». А вот не могут же без меня... ха-ха... не могут, да. А мне уже семьдесят лет, и я не маг, я старею и кости мои дряхлеют, а на этом стуле я долго не продержусь, да.
Он опять замолчал, уже не обращая на меня внимания, а я перехватила взгляд сестры Таисиии. Она с таким же изумлением наблюдала за господином Стоничем.
- Сейчас начнём стимуляцию вашего сердца и гиппокампа - отдела мозга, отвечающего за память, - снова стал рассказывать ученый. - При каждом сердечном сокращении часть крови идет в мозг. Вместе с нею в него поступают питательные вещества и кислород. Нам необходима стимуляция сердечных сокращений, потому что вы обездвижены и не можете упражнениями совершать необходимую нагрузку на сердце. В мозг тоже не попадает достаточное количество кислорода. Как следствие у вас недостаточно производится специфический белок, отвечающий за развитие мозговых клеток и их выживаемость.
С того дня этот гениальный ученый стал регулярно приходить, совершая надо мной свои эксперименты. Он рассказывал, что подобными процедурами и эликсирами восстановил ни одну память.
Несколько дней подряд он не разрешал спать во время всех манипуляций. Я не чувствовала от ученого к себе ни симпатии, ни брезгливости, он относился ко мне просто, как к испытательному образцу, то есть с достаточным интересом. И постоянно бубнил, что все нужно делать постепенно и дозированно, потому что чрезмерное напряжение мозга воспринимается организмом как насильственные, и он тут же включает защитную реакцию в виде головной боли, сонливости и прочее.
Через несколько дней лекарств стало больше, а так называемые "присоски", который господин Стонич называл "гиппокамповые стимуляторы", тоже были заменены на странную шапочку, от которой покалывания усилились, и теперь меня уже специально усыпляли во время процедуры. А господин Стонич тихо произносил ключевые слова из тех воспоминаний, о которых я рассказала ему, вводя меня в странное сонное состояние, в котором я всегда слышала его голос: Джейсон Тубертон, Кристоф Тубертон, Ванесса Стенфилд, Алан Стенфилд, Академия магии, город-крепость Зардан, зеленый луч, война, артефакт подчинения. И снова: Джейсон Тубертон, Кристоф Тубертон и прочее.
Эксперименты с памятью вскоре стали приносить результаты.
Марилия. Столица город Мар. 3197 год.
Я сидела в кофейне при академии магии, пила кофе, читала газету «Новости Марилии» с последними новостями и ждала двух подруг, одногруппниц по академии, с которыми участвовала в академическом спектакле. Вдруг услышала рядом насмешливый мужской голос:
- Сколько можно читать? Зрение испортишь, - газету осторожно , но настойчиво потянули из моих рук.