Однажды я поняла, что, засыпая, больше не думаю о Джейсе, а вспоминаю, как классно мы повеселились на дне рождения Кира, на котором мы помирились после его поцелуя.
Кир уверил, что больше домогаться не будет, влюбиться в меня он не успел и теперь не собирается. Сказал, что хорошо подумал и решил, что такими подругами не разбрасываются. Не знаю почему, но я поверила.
Я снова позволила себе выпить два бокала шампанского, стало легко и весело. Я спела для Кира в качестве подарка песню. Потом мы много танцевали. Мирит говорил, какая я замечательная и необыкновенная, и нежно целовал ладошки, а я смеялась и не отнимала их. Мне было приятно и щекотно.
Потом я вспомнила, как мальчики и некоторые девочки удалились в одну из дальних комнат, Кирстан с Кенетом и Донатом вместе с ними, но Мирит не пустил меня, сказав, что они там будут баловаться с травкой, а я еще маленькая. Я смутно поняла о чем он и не стала сопротивляться.
Мы много танцевали и разговаривали. Обо всем. И тогда я поняла, что Мир - неплохой парень, а первое впечатление было неправильное. Он проводил меня домой, снова поцеловал ладошку и ушел. Я же решила, что прикосновение теплых губ было очень приятным.
Я поблагодарила Пресветлую Богиню, что встретила Кира, который перевернул жизнь с ног на голову, и благодаря которому разжались тески на сердце.
Я понимала, что не разлюбила Джейсона. Наверное, я всегда буду любить его, но теперь было не больно вспоминать его, сердце каждый раз болезненно не сжималось и не ныло от тоски. Я успокоилась, потому что поняла, что смогу жить дальше без него.
Когда я заканчивала третий курс, Кир спросил, почему я никому из парней не даю шанса, а особенно Мириту, который извелся из-за меня и любит уже несколько лет.
Я вдруг поняла, что могу рассказать Кирстану о Джейсоне, и, вообще, обо всем на свете. Мириту – нет. Кенету – нет. Девчонкам из компании тоже нет. А ему могу. Все и обо всем.
– Я люблю Джейсона уже очень давно, с детства, - грустно призналась я.
- А свободная любовь для тебя табу, да?- осторожно спросил Кир.- Ну, он - там, ты - здесь. Молодая, здоровая…
- Прекрати! - я слегка ударила его кулачком.- Мы это проходили год назад. Я могу быть только с тем, кого люблю. Иначе никак!
- Я понял, Лори, - Кир задумался, но потом произнес задумчиво, как-то непонятно меня разглядывая, будто увидел впервые: – Но ведь он ничего не узнает.
- Ты не понимаешь?- искренне удивилась я - Кир за время нашего общения показался более понятливым и порядочным, чутким и внимательным. - Я сама буду знать, а это противно и подло. Я могу быть только с тем, кого люблю, а если я не люблю, то никогда не смогу быть с этим человеком.
- Твой парень ждет тебя? - с любопытством спросил Кир.
- Не ждет,- нехотя ответила я , уже представляя недоумение друга.
- То есть? Ты ему верность сохраняешь, а он там направо и налево развлекается? - искренне возмутился друг.
- Нет, Кир. Все не так, - я понимала, что хочу все рассказать и не сдержалась: - Джейсон - не мой парень.
Когда я все рассказала, то в итоге обнаружила себя, рыдающей в объятиях Кира. Я постаралась успокоиться и, наконец, замерла, сопя ему в рубашку на груди, вздрагивая и дрожа от переполнявших чувств, а Кир успокаивающе что-то бормотал и гладил меня по голове.
- Бедная девочка. Твой Джейсон просто дурак, - серьезно сказал друг. – Ты - настоящее сокровище, Лори, а он не смог тебя разглядеть.
Мы долго молчали и я поняла, что впервые за много лет как будто вскрылся огромный гнойный нарыв в груди, и я могу дышать полной грудью.
- Лори, но ты же не можешь убиваться всю жизнь по этому парню, - осторожно начал Кир, когда я окончательно успокоилась.- Жизнь продолжается, а ты так молода.
- Наверно, да. Жизнь продолжается, - неуверенно согласилась я.
- Вот именно! И надо жить и радоваться каждому дню, понимаешь? – Кир нежно заглядывал в мои заплаканные глаза и улыбался.
Но вдруг его лицо стало серьезным .
– Хочу поцеловать тебя - ты выглядишь такой беспомощной и хрупкой. Можно? - неожиданно удивленно признался он.
Я испуганно попыталась отстраниться, но Кир невесело рассмеялся, удерживая меня.
- Не бойся. Я умею держать себя в руках. Нельзя - значит нельзя. Не хочу разрушить нашу дружбу, повинуясь минутному порыву.
Я знала, что он сдержит слово и успокоилась, хотя постаралась осторожно освободиться из нежных объятий.
Но Кир заметил это и обиделся.
- Лори, я признался тебе потому, что мы друзья, я не имею виды на тебя. Девчонок, с кем я могу целоваться и кого могу потискать, хватает, поверь. А ты, как друг, бесценна для меня.