– Друзья мои, простите меня за эту слабость, однако функции эмоций оказались большой нагрузкой для моих нежных процессоров, – стал оправдываться изменившийся в поведении робот.
– Не переживай так, Чедлик, – успокаивал я его. – Мы знаем, что эмоции забирают немалое количество энергии, но и они же делают существование в этом мире более красочным и интересным.
– Да, да, Сергей! – соглашался со мной робот. – Я прочувствовал, я познал это! Но вместе с тем мне стало понятно, что такое страх. Я стал бояться... Я стал бояться, что мой реактор остановиться и больше никогда не запустится. Неужели тогда наступит смерть? А что после неё? Куда денется моё электронное сознание? И существует ли загробный мир для таких дроидов как я? – расчувствовался Чедлик.
– Ты совсем как трёхлетнее дитя много вопросов стал задавать и одновременно философствовать как зрелый сочеванец. Возьми себя в руки, Чедлик! Ты нужен, чтобы помочь жителям Сочевана, – строго, как отец сказал Ворди.
– Ну, что ты, Ворди. Не надо так с Чедликом. Он получил возможность эмоциональных функций и пока не подстроился к ним. Ему нужна поддержка, а не строгие указания, – у Латиры проснулся материнский инстинкт, и она погладила робота по черепной биокоробке.
– Спасибо, Латира, ты настоящий друг, – обнажил свои искусственные зубы Чедлик.
– Ну, ладно, ладно. Чедлик, ты успокоился? – спросил Ворди.
– Вполне! – робот расправил свои плечи.
– Вот и хорошо, – сказал Ворди. – Готов обсудить с нами сеанс?
– Да, готов, Ворди!
– Отлично. Скажи, ты обнаружил какие-либо зацепки для взлома центральной сети Сочевана?
– В процессе получения новых..., – начал робот.
– Извини, – прервал его Ворди. – Подожди, минуточку. Эй, Бельгазо! – позвал он юного капитана, который начал засыпать.
– Да, Ворди! – очнулся Бельгазо.
– С тобой всё в порядке?
– Сеанс познания немного утомил. Но всё хорошо. Мне уже лучше, – Бельгазо показал бодрый вид.
– Если нужно, то выйди на воздух и подыши. Чедлику вон помогло, – сказал я.
– Не-не, Сергей, я в порядке, и хочу послушать Чедлика. Продолжай, пожалуйста, Чедлик.
– Спасибо, Бельгазо, – вежливо поблагодарил робот. – Так вот, во время сеанса при получении новых данных мои процессоры зафиксировали несколько совпадений по конфигурациям всемирной сети того времени и центральной сети нынешнего Сочевана...
– Так, так. И? – нетерпеливо спросил Бельгазо в предчувствии хороших новостей от Чедлика. Кстати, Григорий Иванович после сеанса стоял молча и не двигался, а мы сразу и не заметили этого, сконцентрировав своё внимание на Чедлике.
– И эти совпадения настолько весомы, – продолжал робот, – что при знании ключевых алгоритмов этих конфигураций, которыми пользовались до Новой эры, мы бы смогли применить эти ключи для взлома сети Сочевана.
– И мы знаем эти алгоритмы? – тут уже не выдержал я.
– Знать-то знаем, – деловито отвечал Чедлик, – но вот применить их будет физически сложно.
– Что значит физически сложно, Чедлик? Разве физическая сила может помешать искусственному интеллекту? – спросила Латира.
– В данном случае физическая сила может помочь искусственному интеллекту, но у нас её недостаточно, – отвечал робот.
– Чедлик, говори, сколько нужно физической силы? – напряжённо спрашивал я.