– Требуется триста девяносто пять субъектов – живых организмов или роботов, которые будут способны одновременно активировать ключи в различных точках Сочевана.
– Хм, – задумался я. – Нас пятеро. Остаётся ещё где-то найти триста девяносто персон... Но где ж их взять, находясь в нашем положении?
– Может, Григорий Иванович подскажет в этом вопросе что-либо, – Латира повернулась к электронному спикеру.
– Иваныч! Что с тобой? – заметил я необычное состояние его голограммы.
– Он не двигается, – тихо сказала Латира, проведя рукой сквозь электронного спикера.
– Иваныч, ты чего это? – опять я обеспокоился.
– Его надо перезагрузить! – сказал Ворди и направился к столу с кнопкой, отвечающей за основное питание «Хранилища».
Ворди нажал на кнопку под столом и всё вокруг вмиг окутал мрак, и только глаза Чедлика светились красным цветом, активировав функцию ночного видения. От такого зрелища стало немного не по себе, когда глаза робота в темноте, напомнили мне одного персонажа культового фильма конца двадцатого и начала двадцать первого века. Но потом, осознав, что передо мною настоящий человекоподобный робот сорок второго века, я даже немного возгордился предоставленною мне редкой возможностью окунуться в реальный мир будущего. Осмысление этого прошло в течение нескольких секунд, по истечении которых Ворди запустил энергию в «Хранилище». Вновь появилась голограмма Григория Ивановича в том же самом неподвижном состоянии, и даже навигационное меню, которое высветилось над столом, не реагировало на команды.
– Что ещё можно сделать, чтобы «разморозить» Иваныча? – спросил я у членов своей группы.
– Давайте я попробую, – отозвался Чедлик.
Робот Чедлик подошёл к Григорию Ивановичу и опять разместился в голограмме так, что почти полностью слился с его контурами. В тот же момент электронный спикер встрепенулся и немного покачался из стороны в сторону, будто от головокружения.
– Я был в коме? – спросил он нечётким прерывистым голосом, а робот вышел из его голографического изображения на три шага в сторону.
– Как хорошо, что ты вернулся, Иваныч! – воскликнул я.
– Григорий Иванович, я так испугалась за тебя, – высказалась Латира, облегчённо выдыхая.
– Чедлик молодец! Сообразительный, – Бельгазо обнял робота за плечи.
– Так что же со мной было? – растеряно спросил спикер.
– Вероятно, произошёл сбой по причине слияния двух чужеродных систем, – предположил Ворди.
– Не исключаю, – сказал Григорий Иванович. – Чедлик, а с тобой всё в порядке после сеанса?
– Мои системы в норме, – отвечал робот. – Единственное что – расчувствовался немного и чуть не заплакал своей охлаждающей жидкостью.
– О, Чедлик, да ты очеловечиваешься, – констатировал спикер.
– Почту за честь стать полноценным человеком-сочеванцем! – задрал свой фигурный подбородок робот.
– У тебя всё получится, – подбодрил Ворди Чедлика.
– Правда? Ворди, я смогу стать таким же, как и ты? Смогу пользоваться полноценными правами сочеванца, а не только слушаться приказов и прибирать улицы?
– Э-э..., – не знал, что сразу ответить Ворди. – Чедлик, ты особенный дроид и настоящий друг. И когда мы вернёмся в Сочеван, я буду первый, кто попросит Высшую Коллегию наделить тебя полными правами гражданина Сочевана и найти тебе занятие, соответствующее твоим качествам.
– Ворди, я весь в твоём распоряжении, – обрадовался робот. – Я хочу как можно больше принести пользы для сочеванцев, чтобы доказать, что бывший уборщик Чедлик достоин стать полноправным гражданином великого государства.
– Спасибо, Чедлик, но сперва нам надо выдворить оттуда нелегитимную власть в лице предателя Шерди. Обрисуй ситуацию Григорию Ивановичу.
– Да, Чедлик, я в курсе, что ты там увидел, – сказал Григорий Иванович, не дожидаясь пока робот начнёт свой монолог. – Мне очень приятно, что знания поколения, которое меня создало, могут помочь его потомкам в решении важных проблем.
– Иваныч, я думаю, все сочеванцы благодарны и тебе, и твоим создателям, но в применении метода, который поможет вмешаться в системы Сочевана, есть один недостаток, – сказал я.
– Какой недостаток, Серёжа? – спросил электронный спикер.
– Не хватает рук, чтобы произвести необходимые манипуляции.
– Ох, почему не хватает? А как же бульбульцы? – возмутился Григорий Иванович. – У них есть руки, правда, пока в виде лап, но всё же.
– Ну, бульбульцы это хорошо..., – задумался я о том, почему сразу о них не вспомнил. – Но как объяснить существу развитием соответствующему средним векам, что да как надо делать с высокими технологиями Сочевана?