И грозит он старику двухтыщелетнему."Щас, — говорит, — бороду-то мигом обстригу!Так умри ты, сгинь, Кощей!" А тот в ответ ему:«Я бы — рад, но я бессмертный — не могу!»
Но Иван себя не помнит:"Ах ты, гнусный фабрикант!Вон настроил сколько комнат, —Девку спрятал, интриган!
Я докончу дело, взявши обязательство!.."И от этих-то неслыханных речейУмер сам Кощей, без всякого вмешательства, —Он неграмотный, отсталый был Кощей.
А Иван, от гнева красный,Пнул Кощея, плюнул в пол —И к по-своему несчастнойБедной узнице взошел!..
x x x
Запретили все цари всем царевичамСтрого-настрого ходить по Гуревичам,К Рабиновичам не сметь, тоже — к Шифманам!Правда, Шифманы нужны лишь для рифмы нам.
В основном же речь идет за Гуревичей:Царский род ну так и прет к ихней девичьей —Там три дочки — три сестры, три красавицы…За царевичей цари опасаются.
И Гуревичи всю жизнь озабочены:Хоть живьем в гробы ложись из-за доченек!Не устали бы про них песню петь бы мы,Но назвали всех троих дочек ведьмами.
И сожгли всех трех цари их, умеючи,И рыдали до зари все царевичи,Не успел растаять дым костров еще —А царевичи пошли к Рабиновичам.
Там три дочки — три сестры, три красавицы.И опять, опять цари опасаются…Ну, а Шифманы смекнули — и ЖмеринкуВмиг покинули, махнули в Америку.