Как же это попроще сказать им двоим,Чтоб дошло до жены и до мамы, —Что пропорционально рекордам моимВырастают мои килограммы?
Может, грубо сказал (так бывает со мной,Когда я чрезвычайно отчаюсь):"Я тебя как-нибудь обойду стороной,Но за мамину жизнь не ручаюсь".
И шныряют по рынку супруга и мать,И корзины в руках — словно гири…Ох, боюсь, что придется мне дни коротатьС самой сильною женщиной в мире.
"Хорошо, — говорю, — прекращаю разбег,Начинаю сидеть на диете".Но супруге приятно, что я — человекСамый сильный на нашей планете.
Мне полтонны — не вес, я уже к семистамПодбираюсь и требую пищи,А она говорит: "Что ты возишься там?!Через год, — говорит, — чтоб до тыщи!"
Тут опять парадокс, план жены моей смел,Ультиматум поставлен мне твердый,Чтоб свой собственный вес поднимать я не смел,Но еще — чтобы бил я рекорды.
И с мамашей они мне устроили пост,И моя худоба процветала,Штангу я в трех попытках ронял на помост.Проиграл я, но этого мало.
Я с позором едва притащился домой,И жена из-за двери сказала,Что ей муторно жить с проигравшим со мной,И мамаша ее поддержала.
Бил, но дверь не сломалась, сломалась семья.Я полночи стоял у порогаИ ушел. Да, тяжелая доля мояТяжелее, чем штанга — намного!