Мы в высоких живем теремах —Входа нет никому в эти зданья:Одиночество и ожиданьеВместо вас поселилось в домах.
Потеряла и свежесть и прелестьБелизна ненадетых рубах.Да и старые песни приелисьИ навязли в зубах.
Мы вас ждем — торопите коней!В добрый час, в добрый час, в добрый час!Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины…А потом возвращайтесь скорей:Ивы плачут по вас,И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
Все единою болью болит,И звучит с каждым днем непрестаннейВековечный надрыв причитанийОтголоском старинных молитв.
Мы вас встретим и пеших, и конных,Утомленных, нецелых — любых, —Только б не пустота похоронных,Не предчувствие их!
Мы вас ждем — торопите коней!В добрый час, в добрый час, в добрый час!Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины…А потом возвращайтесь скорей:Ивы плачут по вас,И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
x x x
Когда я спотыкаюсь на стихах,Когда ни до размеров, ни до рифм, —Тогда друзьям пою о моряках,До белых пальцев стискивая гриф.
Всем делам моим на суше вопрекиИ назло моим заботам на землеВы возьмите меня в море, моряки,Я все вахты отстою на корабле!