Угар победы, пламя не угробь,И ритма не глуши, копытный дробот!Излишки нефти стравливали в Обь,Пока не проложили нефтепровод.
Но что поделать, если льет из жерлМощнее всех источников овечьих,И что за революция — без жертв,К тому же здесь еще — без человечьих?
Пусть скажут, что сужу я с кондачка,Но мысль меня такая поразила:Теория «великого скачка»В Тюмени подтвержденье получила.
И пусть мои стихи верны на третьПусть уличен я в слабом разуменьи,Но нефть свободна! Не могу не петьПро эту революцию в Тюмени.
Чужая колея
Сам виноват — и слезы лью,и охаю,Попал в чужую колеюглубокую.Я цели намечал своина выбор сам —А вот теперь из колеине выбраться.
Крутые скользкие краяИмеет эта колея.
Я кляну проложивших ее —Скоро лопнет терпенье мое —И склоняю, как школьник плохой:Колею, в колее, с колеей…
Но почему неймется мне —нахальный я, —Условья, в общем, в колеенормальные:Никто не стукнет, не притрет —не жалуйся, —Желаешь двигаться вперед —пожалуйста!
Отказа нет в еде-питьеВ уютной этой колее —
Я живо себя убедил:Не один я в нее угодил, —Так держать — колесо в колесе! —И доеду туда, куда все.
Вот кто-то крикнул сам не свой:«А ну, пусти!» —И начал спорить с колеейпо глупости.Он в споре сжег запас до днатепла души —И полетели клапанаи вкладыши.