Там, говорят, дороги — ряда по три,И нет табличек с «Ахтунг!» или «Хальт!»Ну что же — мы прокатимся, посмотрим,Понюхаем не порох, а асфальт.
Горочки пологие:Я их — щелк да щелк!Но в душе, как в логове,Затаился волк.
Ату, колеса гончие!Целюсь под обрез, —И с волком этим кончу яНа отметке «Брест».
Я там напьюсь водички из колодцаИ покажу отметки в паспортах.Потом мне пограничник улыбнется,Узнав, должно быть, — или просто так.
После всякой зауми(Вроде: «Кто таков?») —Как взвились шлагбаумыВверх до облаков!
Лишь взял товарищ в кителеСнимок для жены —И… только нас и виделиС нашей стороны!
Я попаду в Париж, в Варшаву, в Ниццу.Они — рукой подать: наискосок.Так я впервые пересек границу —И чьи-то там сомненья пересек.
Ах, дороги скользкие —Вот и ваш черед!Деревеньки польские —Стрелочки вперед.
Телеги под навесами,Булыжник — чешуя.По-польски — ни бельмеса мы:Ни жена, ни я.
Потосковав о ломте, о стакане,Затормозили где-то наугадИ я сказал по-русски: «Прошу, пани!»И получилось точно и впопад.
Ах, еда дорожнаяИз немногих блюд!Ем неосторожно яВсе, что подают.
А напоследок — сладкое,Стало быть: кончай!И на их хербатку яДую, как на чай.
А панночка пощелкала на счетах(Все, как у нас! — Зачем туристы врут?), —И я, прикинув разницу валют,Ей отсчитал — не помню, сколько злотых —И проворчал: «По божески дерут».