VII. * * *
Когда я отпою и отыграю,Где кончу я, на чем — не угадать.Но лишь одно, наверное, я знаю —Мне будет не хотеться умирать.
Посажен на литую цепь почета,И звенья славы мне не по зубам…Эй! Кто стучит в дубовые воротаКостяшками по кованым скобам?!
Ответа нет, но там стоят, я знаю,Кому не так страшны цепные псы, —И вот над изгородью замечаюЗнакомый серп отточенной косы.
…Я перетру серебряный ошейникИ золотую цепь перегрызу,Перемахну забор, ворвусь в репейник,Порву бока — и выбегу в грозу!
VIII. * * *
Лес ушел, и обзор расширяется,Вот и здания появляются,Тени нам под колеса кидаютсяИ остаться в живых ухитряются.
Перекресточки — скорость сбрасывайте!Паны, здравствуйте! Пани, здравствуйте!И такие, кому не до братства, теТоже здравствуйте, тоже здравствуйте!
Я клоню свою голову шалуюПеред Варшавою, перед Варшавою.К центру — «просто» — стремлюсь, поспешаю я,Понимаю, дивлюсь, что в Варшаве я.
Вот она, многопослевоенная,Несравнимая, несравненная, —Не сравняли с землей, оглашенные,Потому она и несравненная.
И порядочек здесь караулится:Указатели — скоро улица.Пред старушкой пришлось мне ссутулиться —Выясняю, чтоб не обмишулиться,