А по-польски — познания хилые,А старушка мне: — Прямо, милые! —И по-прежнему засеменила иПовторяла все: — Прямо, милые…
Хитрованская Речь Посполитая,Польша панская, Польша битая,Не единожды кровью умытая,На Восток и на Запад сердитая,
И Варшава — мечта моя давняя, —Оскверненная, многострадальная,Перешедшая в область предания, —До свидания, до свидания…
IX. Приговоренные к жизни
В дорогу — живо! Или — в гроб ложись.Да! Выбор небогатый перед нами.Нас обрекли на медленную жизнь —Мы к ней для верности прикованы цепями.
А кое-кто поверил второпях —Поверил без оглядки, бестолково.Но разве это жизнь — когда в цепях?Но разве это выбор — если скован?
Коварна нам оказанная милость —Как зелье полоумных ворожих:Смерть от своих — за камнем притаилась,И сзади — тоже смерть, но от чужих.
Душа застыла, тело затекло,И мы молчим, как подставные пешки,А в лобовое грязное стеклоГлядит и скалится позор кривой усмешки.
И если бы оковы разломать —Тогда бы мы и горло перегрызлиТому, кто догадался приковатьНас узами цепей к хваленой жизни.
Неужто мы надеемся на что-то?А может быть, нам цель не по зубам?Зачем стучимся в райские воротаКостяшками по кованным скобам?
Нам предложили выход из войны,Но вот какую заложили цену:Мы к долгой жизни приговореныЧерез вину, через позор, через измену!