Траву кушаем,Век — на щавеле,Скисли душами,Опрыщавели,Да еще виномМного тешились, —Разоряли дом,Дрались, вешались".
"Я коней заморил, — от волков ускакал.Укажите мне край, где светло от лампад.Укажите мне место, какое искал, —Где поют, а не стонут, где пол не покат".
"О таких домахНе слыхали мы,Долго жить впотьмахПривыкали мы.Испокону мы —В зле да шепоте,Под иконамиВ черной копоти".
И из смрада, где косо висят образа,Я, башку очертя гнал, забросивши кнут,Куда кони несли да глядели глаза,И где люди живут, и — как люди живут.
…Сколько кануло, сколько схлынуло!Жизнь кидала меня — не докинула.Может, спел про вас неумело я,Очи черные, скатерть белая?!
x x x
Жили-были на море —Это значит плавали,Курс держали правильный, слушались руля.Заходили в гавани —Слева ли, справа ли —Два красивых лайнера, судна, корабля:
Белоснежнотелая,Словно лебедь белая,В сказочно-классическом плане, —И другой — он в тропикиПлавал в черном смокинге —Лорд — трансатлантический лайнер.
Ах, если б ему в голову пришло,Что в каждый порт уже давновлюбленно,Спешит к нему под черное крылоСтремительная белая мадонна!
Слезы льет горючиеВ ценное горючееИ всегда надеется в тайне,Что, быть может, в АфрикуНе уйдет по графикуЭтот недогадливый лайнер.