Увертливы поводья, словно угри,И спутаны и волосы и мысли на бегу, —А ветер дул — и расплетал нам кудри,И расправлял извилины в мозгу.
Ни бегство от огня, ни страх погони — ни при чем,А Время подскакало, и Фортуна улыбалась, —И сабли седоков скрестились с солнечным лучом, —Седок — поэт, а конь — пегас.Пожар померк, потом погас, —А скачка разгоралась.
Еще не видел свет подобного аллюра —Копыта били дробь, трезвонила капель.Помешанная на крови слепая пуля-дураПрозрела, поумнела вдруг — и чаще била в цель.
И кто кого — азартней перепляса,И кто скорее — в этой скачке опоздавших нет, —А ветер дул, с костей сдувая мясоИ радуя прохладою скелет.
Удача впереди и исцеление больным, —Впервые скачет Время напрямую — не по кругу,Обещанное завтра будет горьким и хмельным…Легко скакать, врага видать,И друга тоже — благодать!Судьба летит по лугу!
Доверчивую Смерть вкруг пальца обернули —Замешкалась она, забыв махнуть косой, —Уже не догоняли нас и отставали пули…Удастся ли умыться нам не кровью, а росой?!
Пел ветер все печальнее и глуше,Навылет Время ранено, досталось и Судьбе.Ветра и кони — и тела и душиУбитых — выносили на себе.
Юрию Петровичу Любимову с любовью в 60 его лет от Владимира Высоцкого