Еранистъ. Хотя ты много представилъ и апостольскихъ и пророческихъ свидетельствъ: но я верю словамъ евангелиста: Слово плоть бысть (Іоан. 1, 14).
Православный. И я верю оному божественному ученію, но понимаю оное благочестиво, разумея подъ словомъ: плоть бысть, не только плоть, но и разумную душу. Если бы Богъ–Слово ничего не заимствовалъ отъ нашего естества, то обетованія, съ клятвою данныя отъ Бога патріархамъ, остались бы ложными, благословеніе Іуды безполезнымъ, и обещаніе Давиду не истиннымъ. Не нужна также и Дева, которая воплотившемуся Богу ничего не сообщила изъ нашего естества. Равно и предсказанія пророческія не заслуживаютъ веры. Посему суетна и проповедь наша, суетна и вера наша, тщетна и надежда воскресенія. Ибо ложны, по–видимому, слова апостола: съ Нимъ воскреси, и спосади на небесныхъ во Христе Іисусе (Ефес. 2, 6). Итакъ если Господь Христосъ не имелъ ничего изъ нашего естества, то ложно названъ начаткомъ нашимъ; естество тела не воздвигнуто отъ мертвыхъ и не получило одесную седенія на небеси. Въ самомъ деле, если ничего такого не произошло, то какимъ образомъ Богъ совоскресилъ и спосадилъ насъ со Христомъ, тогда какъ мы, по природе, ни сколько Ему не принадлежимъ? Но говорить такъ нечестиво; ибо божественный апостолъ, когда еще не было ни всеобщаго воскресенія, ни Царство небесное не было подано верующимъ, взываетъ: съ Нимъ воскреси и спосади на небесныхъ во Христе Іисусе (Ефес. 2, 8), научая насъ, что если начатокъ нашъ воскресъ изъ мертвыхъ и возселъ одесную Бога Отца, то и мы всеконечно получимъ воскресеніе и, какъ причастники одного съ начаткомъ естества, будемъ причастниками и славы Его посредствомъ веры въ Него.
Еранистъ. Многія и истинныя представилъ ты мне свидетельства; но я желалъ бы узнать смыслъ Евангельскаго изреченія.
Православный. Постороннее толкованіе тебе не нужно. Ибо евангелистъ самъ себя изъясняетъ. Потому–что, сказавъ: Слово плоть бысть, онъ присовокупилъ, и вселися въ ны (Іоан. 1, 14); то есть, подъ словомъ: плоть бысть, разумеетъ онъ устроеніе въ насъ скиніи и ношеніе воспринятой отъ насъ плоти, какъ–бы некотораго храма. И научая, что Онъ пребылъ неизменяемъ, присовокупилъ: и видехомъ славу Его, славу яко единороднаго отъ Отца, исполнь благодати и истины. Ибо и въ плоть облекшись, Онъ показывалъ свойства Отца своего, сіяя лучами Божества и блескомъ Божественнаго могущества, обнаруживая, посредствомъ чудесъ, утаенное подъ покровомъ плоти Божественное естество свое. Подобно сему божественный апостолъ написалъ въ посланіи къ Филиппійцамъ: сіе да мудрствуется въ васъ еже и во Христе Іисусе: иже во образе Божіи сый, не восхищеніемъ непщева быти равенъ Богу: но себе умалилъ, зракъ раба пріимъ, въ подобіи человечестемъ бывъ, и образомъ обретеся, якоже человекъ, смирилъ себе, послушливъ бывъ даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 5, 8). Взирай на согласіе изреченій: евангелистъ сказалъ: Слово плоть бысть, и вселися въ ны; апостолъ же говоритъ: зракъ раба пріимъ. Опять евангелистъ сказалъ; видехомъ славу Его, славу яко Единороднаго отъ Отца; апостолъ же: иже во образе Божіи сый, не восхищеніемъ непщева быти равенъ Богу. Короче сказать, оба они учатъ, что Іисусъ Христосъ, будучи Богомъ и Сыномъ Божіимъ, и облеченный славою Отчею, имеющій одинаковое естество и могущество съ родившимъ Его, и бывшій въ начале и у Бога и Богомъ и сотворивши міръ, зракъ раба принялъ. По–видимому, Онъ былъ только темъ, что подлежитъ нашимъ чувствамъ: напротивъ же Онъ былъ Богъ, облеченный въ человеческое естество, и устрояющій спасеніе людей. Вотъ что значатъ сіи изреченія: Слово плоть бысть, и: въ подобіи человечестемъ бывъ, и образомъ обретеся, якоже человекъ. Іудеи видели только сію наружную сторону, и потому сказали Ему: о добре деле каменіе не мещемъ на тя, но о хуле, яко ты человекъ сый, твориши себе Бога (Іоан. 10, 33). И опять: несть сей отъ Бога человекъ, яко субботу не хранитъ (Іоан. 9, 16),