(154) Подобным образом мы вкратце скажем и о составе горла. К гортани приставлена мягкая ветка, очень тонкая и неприятная. Клины (легкие) наполняются до дна с помощью ветряных жил, которые поднимаются и затем затухают, так что оставшийся в клинах ветер выпускается, изгоняемый насильно. А когда легкие расширяются и разверзаются, то привлекают к движению силу ветра, которая в частом дыхании сходится с сердцем. И огненный пыл сердца легкие отталкивают; подобно и пламя, задыхаясь от своего дыма, угасает.
(155) Селезенка тоже тепла: для перетирания вносимого в кровоток она приложена к правой части. Когда она охлаждается, то человек тут же худеет, при этом часто возникают неприятные недомогания.
(156) С левой стороны возникает раст (отросток), разливающий и вместе с тем разряжающий густоту крови. Насыщаемый, подымается, и вместе с этим становится жестким. Износившись сверх своей меры, оказывается набухшим телом, понемногу вызывая у человека бледность и немощь.
(157) А во чреве — свития и сплетения вокруг пупа, чтобы насильственным исходом пропускать медленно пищу, как через трубу; и пища, проходя не прямым путем, легко и скоро удаляется. Тем самым живое существо должно быть подвигнутое на помысл, и отказаться от обычаев, вызванных природой скотской.
(158) Мочевой пузырь — это помещение для воды. Творец искусно снабдил его невидимым проходом, частями принимающим влагу. Чтобы внезапным излитием или высыханием живое существо не стало жаждать, но чтобы постепенно выпитое участвовало в созидании до подобающего времени.
(159) Наши голени [Творец] устроил сложенными из хрящей и сухожилий. Они как столбы выдерживают тяжесть, и несут на себе все наше тело. На верху у них колени. А стопы, укрепленные снизу, готовы ко всякому движению: на молитву, на моление, на бег, на прыжки.
(160) Наши ноги устроены крепче всего тела. Они стремятся всегда припасть к земле, а пальцы помогают ходить. Если они изнемогут от стужи или холодного ветра, то мы едва сможем ходить. Какое слово сможет вполне поведать вложенную в нас премудрость и силу Творца? Ветви и раскрывающиеся сосуды, сродно сплетающиеся с мясом, и протяженность жил, и кости, и крепость, и некие дороги и пути, невидимо возносящиеся в строение тела, что одним только дыханием столько [дается] телу: и сила духа, и водоворот крови, и обитание тепла, и [работа] мокрого и застывшего, что знает врачебное искусство, о чем я и оставлю говорить тем людям, которые врачебному искусству учились.
(161) Вопрос. Очень хорошо преподано научение о человеке. А где, как ты думаешь, был рай? На небе или на земле? Одни ведь говорят, что он был на небесах, в умопостигаемом смысле. А другие — что он был на земле, видимый.
Ответ. Я думаю, что рай был видимым и находился на земле. Об этом явным образом возглашает Священное Писание.
(162) Вопрос. Но что тогда имеет в виду Павел, когда говорит: «Я знаю человека, который (в теле или вне тела, не знаю, — Бог знает) уже четырнадцать лет назад был восхищен в рай и слышал неизреченные глаголы, которые невозможно высказать человеку»? Этим указуется, что рай на небесах. Ибо не сказано: «был восхищен до третьего неба, и оттуда спустился в рай», но именно «восхищен в рай».