Кто век провел столь славно, громко. — Сей стих впоследствии времени оказался предсказанием, что сей год был ее последний.
В цветах другой нет розы в мире. — То есть в государях нет блистательнее, как она, потому что поляки по покорении Польши выбили в сем году медаль, на которой на одной стороне изобразили портрет императрицы, а на другой — розу с иглами, вокруг с надписью «благоухает и страшит», то есть щедротою и войною.
ХРАПОВИЦКОМУ
<...> Товарищ давний, вновь сосед, // Приятный, острый Храповицкой. — Храповицкий Александр Васильевич — статс-секретарь, но после бывший сенатор, был товарищем автору в экспедиции государственных доходов, а соседом по комнате в Царском Селе, когда автор был тоже статс-секретарем у императрицы. Храповицкий был хороший стихотворец и прозаический писатель, который ввел легкий и приятный слог в канцелярские дела. Он писал к автору стихи, советуя ему писать похвалы киргизской владычице, или императрице.
И был — гудком — // Давно мурза с большим усом. — То есть ле-стию больше бы нравился и получал награждения перстнями и прочими драгоценными вещами.
Но я экстракты б сочинял. — Как возложены были на автора дела правосудия, то он, несмотря на совет Храповицкого и даже на неоднократные повеления или, лучше сказать, просьбы императрицы, отправлял прилежно свою должность, весьма редко занимаясь поэзиею.
Был чтец и пономарь Фемиды. — То есть докладчик и служитель богини правосудия, или императрицы.
То как Я<кобия~> оставить. — То есть генерала Якобия, которого все утесняли, и автор рассматривал его дело.
Как Л<огинова> дать оправить. — То есть как Логинова дать оправить: Логинов был откупщик С<анкт>-П<етербург-ский>; для снятия сего откупа, не имея денег, согласил он комиссариатского казначея Руднева ссудить его казенными деньгами, четырьмястами тысячами рублей, о похищении которых продолжалось дело более 20 лет по покровительству кн. Потемкина, которому Логьнов был привержен; но когда дошло до рассмотрения автора, то он, не уважив на чрезвычайное покровительство и весь Сенат, представил дело императрице в справедливом виде, и Логинов обвинен к заплате великой в казну суммы.
ПАМЯТНИК
<...> Как из безвестности я тем известен стал и проч. — Автор из всех российских писателей был первый, который в простом забавном легком слоге писал лирические песни и, шутя, прославлял императрицу, чем и стал известен.
УРНА
<...> Сраженного косой Сатурна. — Сатурн, отец Юпитеров, или Время, а в урнах у древних хранился прах сожженных тел.
Крылатый жезл, котурн, личина, // Резец и с лирой кисть видна! — Крылатый жезл, или Меркуриев кадуцей, знак наук; котурн — на высоких каблуках сапог, в которых греки игрывали трагедию; личина, или маска, в которых они играли комедию. Резец — орудие, которым работают статуи; кисть, которой пишут картины, а лира — музыкальное орудие поэтов — все вообще означает, что тот был покровитель наук и художеств, которого они были принадлежностями или атрибутами.
Кто, Меценат иль Медицис? — Меценат был вельможа римский <...>, а об Медицисе справиться. Мавзолей — гробница. И. И. Шувалов был действительный тайный советник, обер-ка-мергер, куратор Московского университета, директор Академии художеств и любимец императрицы Елисаветы.
Я твой питомец и — судья. — Питомец, потому что автор под начальством Шувалова в казанской гимназии обучался, которая подчинена была Московскому университету, а судья, потому что впоследствии времени, когда уже автор был сенатором, то Иван Иванович, имея великий процесс в знатном имении с гр. А. И. Пушкиным, положились оба на его одного посредничество, и он миролюбиво кончил сие дело, однако уже после смерти Ивана Ивановича к удовольствию обеих сторон.
Вслед выспренних певцов дерзает и проч. — То есть вслед высоко летающих лебедей, которые, по баснословию, воспевают прекрасно предсмертные себе песни.
Летит сквозь мириады звездны. — Мириад, или миллион, — арифметическое число.
Ты бедных был благотворитель. — Иван Иванович был человек весьма милостивый и благотворящий для бедных.
Ты поощрил петь славу россов и проч. — Иван Иванович всех тех покровительствовал, которые упражнялись в литературе и воспевали как Петра В<еликого>, так и дщерь его Елисавету, а именно: Ломоносова, Сумарокова, Поповского, Хераскова и многих других и также он употреблен был в посредство Вольтеру для написания оным истории Петра Великого по соизволению императрицы Елисаветы.