– Микроцефал! Если мы по ней не будем стрелять, она сама нас перестреляет! Давай ей хотя бы руки прострелим, а потом саму схватим – пусть ведет.
И «ходоки» стали целенаправленно бить короткими очередями и одиночными выстрелами по Олюшкиным рукам. Васюта взвыл и стал поливать неприятеля почти не глядя, что было с его стороны двойной ошибкой: во-первых, он ни в кого не попал, а во-вторых, расстрелял все патроны. Запасного магазина у него не было, и он метнулся к Хмурому, на поясе которого висел подсумок с боеприпасами. Вокруг тут же засвистели и зацокали о стены штольни пули, сочинителю пришлось залечь. Теперь ему не была видна Олюшка, и он за общим шумом перестрелки даже не мог понять, стреляет ли она сама.
Впрочем, он тут же услышал, как любимая вскрикнула – раз, другой, а потом закричала во весь голос:
– Что? Думаете, справились со мной, доходяги микроцефальные? А вы еще попробуйте, возьмите меня!
Васюта дополз до Хмурого:
– Дай магазин!
Трубник помог ему с «Никелем» и подсказал:
– Стреляй короткими! И целься, а то снова все понапрасну выплюнешь. У меня всего один магазин остался, больше не дам.
Сочинитель приподнял голову и приготовился стрелять. И увидел, как с трудом поднялась Олюшка, в руках которой больше не было оружия, а сами руки висели вдоль тела окровавленными плетями. Осица, спотыкаясь, побрела назад, а за ней бросились сразу пятеро прихвостней Микроцефала. И… план осицы сработал! Сначала один, а следом, не успев тормознуть, еще двое «ходоков» ухнули в «незримую дыру», словно бесследно растворившись в каменистой земле. Оставшиеся два смогли добраться до Олюшки, но она, сделав подсечку, уронила одного из них прямо в смертельную оказию. А второй уже протянул к осице руку, но Васюта, не в силах больше лежа смотреть на это, вскочил на ноги и, матерясь так, как не делал этого никогда в жизни ранее, выпустил во врага опять отнюдь не короткую очередь. Тот, взмахнув руками, навзничь повалился на землю и растворился в «незримой дыре».
– Прикрывайте меня!!! – завопил сочинитель и помчался на выручку любимой.
На психику «ходоков», похоже, оказало влияние исчезновение в оказии сразу пятерых товарищей, да еще и огонь «мончаков» не стихал ни на минуту. Поэтому сначала один из них, а потом и еще сразу двое ломанулись назад к дороге, но были тут же скошены автоматными очередями.
И когда стрельба наконец стихла, оказалось, что убитых бойцов группировки Валерки Микроцефала с при-мкнувшими к ней недобитками Лохмача было шестеро. Плюс пять сгинувших в «незримой дыре». Не было нигде лишь самого Микроцефала.
– Может, он тоже в дыру свалился? – предположил Силадан. Пожалуй, это было единственным объяснением – спрятаться тут было негде.
Но ладно Микроцефал, на него Васюте было плевать, самое плохое, что у Олюшки оказались в четырех местах прострелены обе руки.
– Я иду заводить вездеход! – бросился к входу в штольню сочинитель.
– Не надо! – остановила его любимая. – Ноги-то у меня целые, дойду. А в руках все раны навылет, просто крови много. Нужно только перебинтовать покрепче.
– Кто лучше всех бинтует? – закрутил головой Васюта. – Мама, ты? В смысле, Лива… Э, Лива, что с тобой?..
– Похоже, ее подстрелили… – подхватил внезапно рухнувшую с ног супругу Сис.
Глава 21
Оказалось, Лива была ранена в грудь, чуть ниже сердца – там в ее куртке имелась дырка от пули, а кровь на черной ткани никто не заметил, к тому же место ранения закрывал висящий на груди автомат. Почему Лива никому не сказала о том, что ранена, оставалось секретом, поскольку сама она была сейчас без сознания. Возможно, сначала, находясь во время боя в адреналиновом возбуждении, она не почувствовала сильной боли и не смогла оценить серьезность раны. А когда состояние аффекта прошло, уже ничего не успела сказать, ее просто вырубило.
– Положи ее! – крикнул Силадан Сису, выдернул из-за пазухи кепку, смял ее в ком, приложил к Ливиной ране и сказал: – Теперь надо держать, чтобы потери крови не было. Хотя… – Он не стал договаривать, но все и так поняли, что имелось в виду: вряд ли кто сумеет помочь раненой.
И только Васюта воскликнул:
– Что «хотя»?! Что значит «хотя»?! Да, остановите кровь, перевяжите ее и Олюшку тоже, а я побежал за вездеходом!
– И куда ты их на нем собрался везти? – угрюмо спросил Хмурый. – Хирургов в Мончетундровске нет.
– А ты уже забыл, как моя нога вылечилась, как твои зубы выросли? Доедем до «туннеля», поместим раненых в «микроскоп», и…