– Ну что? – столпились возле них «мончаки». – Удалось договориться со скупщиками?
– Удалось… – как-то не очень уверенно ответил Хмурый. А Кривонос добавил:
– Только они плату за это требуют.
– Плату? – шевельнул бровями Околот. – Это за что же? За то, что мы им предлагаем как раз и иметь свой куш в этом деле?
– Ну так это когда еще будет, – вновь взял слово Хмурый, – и будет ли вообще… Это не мои слова, это они так сказали, когда Потап их всех собрал. Ну и дали понять, почти в открытую, что им как бы похрен, кто, откуда и на чем будет возить товары в обмен на гостинцы, так что для них большой разницы нет, канталахтинцы это, Валерка Микроцефал или мы с вами.
– Ни хрена себе нет разницы! – возмутился Васюта. – Микроцефал вообще ничего ниоткуда возить не сможет, а мы предлагаем реальную выгоду всем!
– Так мы это им говорили. А они, как я уже сказал, в ответ, что это еще неизвестно когда случится, да и вообще… И потом, некоторые из них, которые вроде и готовы поставить именно на нас, говорят, что вот, мол, придет вездеход за гостинцами, а где они, гостинцы-то? Люди перестали их искать и сдавать им, а старых запасов почти не осталось. Короче, они хотят гостинцев уже сейчас, и побольше, и чтобы часть из них стала той самой платой за то, что они нас поддержат.
– Потому что если они будут за нас, – снова подхватил Кривонос, – то значит, что против Микроцефала, а тот и против них тогда станет людей натравливать. А им придется отбиваться, что может и к жертвам среди скупщиков привести. Так что и это как бы тоже в ту плату входит.
– Ну так надо, чтобы они тоже поактивнее народ успокаивать принялись! – взмахнул руками Силадан. – Если трубники со скупщиками вместе за это возьмутся – наверняка же большинство на свою сторону перетянут! Тем более скупщики-то больше трубников с людьми общаются, им проще будет договориться. Да и мы ведь еще есть тоже. Что нам всем тогда этот Валерка со своими прихвостнями, которых вряд ли после такого много сыщется!
– Так они будут успокаивать, – кивнул Хмурый, – будут договариваться. Но плату хотят вперед.
– Да что это за кровососы такие! – возмутился Васюта. – Ведь так-то мы бы и вообще без них обойтись могли! Вон девчонки, как и хотели, стали бы гостинцы у людей собирать, кто-нибудь из трубников еще этим бы занялся…
Силадан повернул к нему голову:
– Но, как мы об этом раньше говорили, это бы скупщикам очень не понравилось. А как говорит нынешняя ситуация, они тогда и вовсе пойдут против нас войной, встав на сторону Микроцефала и взбаламутив как следует жителей города. Нам будет не выстоять, это и к бабке не ходи.
– Так ясен пень, что не выстоять… – стушевался сочинитель. – Ну, так а что тогда делать? Где мы возьмем эти гостинцы? Хотя… – вспомнил он. – Мы же с Хмурым добыли кое-что, когда в «микроскопе» по «туннелю» путешествовали! Давайте часть из этого хабара им и дадим.
– Даже если мы все это им отдадим, будет мало, – сказал Хмурый. – Нужно еще два раза по столько же.
– Да они совсем оборзели! – возмутился Васюта, и его поддержали почти все «мончаки», лишь Околот заметил:
– Так ведь сказано: платой будет лишь часть этого, остальное – для дальнейшего обмена на товары. И тут я скупщиков, между прочим, поддерживаю. Иначе что же, вездеход пустым в Романов-на-Мурмане отправится? Или ждать-стоять будет, пока гостинцы насобирают да наносят? Не хотелось бы время терять, нужно, чтобы в Романове сразу поняли, что с нами есть смысл дело иметь, что Лом с Заном не впустую языками трепали.
– И Медок, – добавил Васюта.
– Ну, Медок не языком, хвостом разве что.
В итоге все в большей или меньшей степени осознали, что иного выхода, как выполнить требование скупщиков, у них не имеется. Оставалось придумать, где взять недостающие гостинцы. Для начала отдали Хмурому и Кривоносу все, что было на данный момент, с тем, чтобы сделать скупщикам хотя бы такую «предоплату».
А когда трубники ушли, Васюта сказал:
– Ничего не остается, как снова прокатиться в «микроскопе» по «туннелю». Вдруг опять этот «лапник» заявится и насыплет еще гостинцев.