– Я в Кармеле. – Как обычно, он держал микрофон слишком близко ко рту. Он хороший сыщик, но не лишен недостатков. – В двенадцать сорок две объект вышел из дому, сел в машину и уехал. До этого она ходила в брюках, но тут переоделась в платье. Мне пришлось выжидать, пока она не скроется из виду, чтобы покинуть укрытие. Потом я добрался до машины и тронулся за ней, но, конечно же, она уже исчезла. Машины Дол Боннер на посту не оказалось – значит она двинула за ней. Ни ее машины, ни Боннер в центре городка не припарковано. Мне поспрашивать вокруг, в какую сторону они направились?
– Нет. Возвращайся назад, снова спрячь машину и займи укрытие. Вдруг кто-нибудь приедет и будет ее ждать.
– Ждать придется чертовски долго.
– Ага, знаю. Первые две недели самые трудные. Займись изучением природы. Там ее вокруг навалом.
Я присоединился к Вулфу в столовой, занял свое место и переключил радио на новости. Вулф хмыкнул и взялся за салфетку.
Через час и десять минут, когда мы снова сидели в кабинете и заканчивали с почтой, нас прервал очередной телефонный звонок.
– Это Дол Боннер, – раздался приятный, но деловитый голос.
Как только я его услышал, то знаком показал Вулфу снять трубку.
– Да, мисс Боннер, – ответил я ей. – Где вы?
– В телефонной будке в аптеке. В двенадцать сорок девять машина объекта выехала с грунтовки и свернула налево на черную дорогу. Я последовала за ней. Она без остановок доехала до Таконик-парквей и далее двинулась в южном направлении. На Хоторн-серкл взяла на Сомилл-Ривер-парквей. Я дважды чуть было не потеряла ее, но всякий раз находила. Она съехала с Вестсайдского шоссе на Девятнадцатой улице. Оставила машину на парковке на Кристофер-стрит и прошла сюда, через пять кварталов. Я нашла место на обочине.
– Куда – сюда?
– Аптека на углу Арбор-стрит и Бейли-стрит. Она зашла в подъезд дома сорок два по Арбор-стрит и нажала на кнопку, потом подождала с полминуты, открыла дверь и вошла. Это было восемь минут назад. Входа из будки мне не видно, и если вы хотите…
– Вы сказали дом сорок два?
– Да.
– Подождите. – Я повернулся к Вулфу. – В доме сорок два по Арбор-стрит живет Эми Уинн.
– Верно. Это Ниро Вулф, мисс Боннер. Вам виден вход оттуда, где вы припарковали машину?
– Да.
– Тогда возвращайтесь к машине. Если она выйдет, следуйте за ней. Мистер Гудвин присоединится к вам, если к его прибытию вы все еще останетесь там. Удовлетворительно.
Мы положили трубки и переглянулись.
– Чушь какая-то! – проворчал Вулф.
– Вот-вот, – согласился я. – Хотя это вполне возможно. В среду вы сказали им, что этим плагиатором может быть и один из них. Если бы я голосовал, то отнюдь не за Эми Уинн, но такой вариант все-таки возможен. Саймон Джейкобс был далеко не спортсменом. Если бы он сел к ней в машину, всадить в него нож она смогла бы. Джейн Огилви точно не представляла бы для нее проблемы. А касательно Элис Портер у нее даже два мотива: не только не дать ей разболтать про аферу с Эллен Стердевант, но и урегулировать претензию, которую Элис Портер посмела ей предъявить. Вполне себе способ разобраться с претензией во внесудебном порядке. Не стану утверждать, что она выберет свою квартиру как лучшее место для этого, но вы говорили, что она близка к панике. Правда, вы говорили «он». Еще у нее уже может иметься какой-нибудь изобретательный и ловкий план, как избавиться от тела. Вы же не станете отрицать, что по части планирования она или он дока. Я мог бы поехать, заглянуть к ней и сказать, что делаю обход членов комитета, чтобы просить их не увольнять вас. Если я опоздаю спасти жизнь Элис Портер, то, по крайней мере, помешаю ее плану по избавлению от трупа.
– Пф!
– Кремер не придет к выводу, что это «пф», если Элис Портер станет номером три, еще одним убийством в его ведении, и он наверняка выяснит, что наша Дол Боннер следила тогда из машины за входом. Ваша шуточка о закрытии агентства навечно может оказаться…