– Вы сказали, что он хочет сделать мне предложение.
– Может, и хочет. Так он велел сказать вам. Одно я знаю точно: если бы я был хоть как-то связан с убийством, не говоря уже о трех убийствах, и если бы их расследовал Ниро Вулф, и если бы он хотел встретиться со мной и сказал бы, что это срочно, и если бы я был невиновен, то не рассиживался бы за спорами, ехать или не ехать.
– Я не связана ни с каким убийством. – И все-таки Элис Портер попалась на крючок. Я видел это по ее глазам.
– Прекрасно. Расскажете об этом сержанту Стеббинсу. – Я встал со стула. – Он будет рад это услышать. Простите, что помешал вашему разговору с защитником. – Я развернулся и пошел прочь, но на полпути к двери раздался ее голос:
– Подождите минуту.
Я остановился. Она кусала губу, взгляд ее бегал по сторонам. Наконец она сфокусировала его на мне.
– Если я поеду с вами, то как вернусь домой? Я могла бы поехать на своей машине, но не люблю водить ночью.
– Я отвезу вас домой.
Она поднялась.
– Я переоденусь в платье. Выйдите и скажите этому чертову помощнику шерифа, чтобы он убрался подальше.
Я вышел, но послание не доставил. Поначалу мне даже показалось, что полицейский и вправду убрался, но затем я заметил его за лугом возле каменной ограды – вдобавок их стало двое. Очевидно, наблюдение велось круглосуточно, и явилась его смена. Желая показать, что совершенно не держу обиды, я помахал им, но ответа не получил. Затем я развернул машину, заглянул в багажник, чтобы убедиться, что аптечка на месте, проверил содержимое бардачка, и весьма скоро вышла Элис Портер, закрыла дверь, погладила собачку, подошла и села в машину. Псина проводила нас до грунтовки и затрусила назад.
На черной дороге я не превышал тридцати миль в час, чтобы все заинтересованные лица успели разглядеть, что Элис Портер сидит со мной в машине, выехать на дорогу и пристроиться за нами. Во время остановки на выезде на трассу 301 я заметил копа в зеркало заднего вида, но не стал привлекать к нему ее внимание, пока мы не оказались за Кармелом и не стало ясно, что это хвост. Сбрасывать хвост всегда весело, но, решил я, если он будет висеть за нами всю дорогу, это поможет привести ее в нужное состояние для разговора с Вулфом, и поэтому не стал создавать ему трудностей. Каждые четыре минуты она оборачивалась и смотрела назад, и ко времени, когда мы въехали в гараж на Десятой авеню, ее шее наверняка требовался отдых. Не знаю, успел ли он припарковать свою машину и выйти из нее, чтобы проследить за нами квартал до Тридцать пятой улицы и за угол к старому особняку из бурого песчаника.
Я отвел Элис Портер в гостиную и показал дверь в ванную, а затем прошел в кабинет, но не через межкомнатную дверь, а обойдя по прихожей. Вулф, сидевший за своим столом с французским журналом, поднял на меня взгляд:
– Привез ее?
Я кивнул:
– Я подумал, что лучше сначала отчитаться. Ее реакция показалась мне немного необычной.
– В смысле?
Я пересказал ему все дословно. Ему понадобилось десять секунд, чтобы переварить информацию, и затем он велел:
– Приведи ее.
Я открыл межкомнатную дверь и позвал:
– Мисс Портер, сюда.
Наша гостья сняла жакет, и она либо не носила бюстгальтер, либо ей требовался новый. Вулф встал. Я никогда не понимал, почему, при его-то отношении к женщинам, он удосуживается подниматься, когда таковая заходит в кабинет. Он выждал, пока Элис Портер не сядет в красное кожаное кресло и пристроит жакет на подлокотнике, и только потом снова уселся.
Вулф пристально посмотрел на нее.
– Мистер Гудвин говорит, – начал он учтиво, – что вас и ваш дом надежно охраняют.
Она подалась вперед, опираясь на подлокотники, и ответила:
– Мне не нужна охрана. Он вынудил меня приехать сюда, пытаясь запугать тем, что меня подозревают в убийстве. Но меня не так-то легко запугать. И я не боюсь.
– Но все же вы приехали.
– Приехала, – кивнула она. – Хотела посмотреть, что за игра тут ведется. Он толковал о каком-то предложении, но я не верю, что оно у вас есть. Что же у вас есть?
– Вы ошибаетесь, мисс Портер. – Вулф откинулся на спинку кресла и устроился поудобнее. – У меня действительно имеется предложение. Я готов предложить вам избавление от угрозы судебного преследования за совершенное вами преступление. Естественно, я хочу и кое-что взамен.
– Никто не собирается меня преследовать. И никакого преступления я не совершала.
– Совершали. – Вулф сохранял любезность; он не обвинял, а просто констатировал факт. – И серьезное. Тяжкое. Но прежде чем я опишу преступление, которое имею в виду и за которое вы не понесете никакого наказания, если примете мое предложение, мне следует изложить подоплеку. Четыре года назад, в тысяча девятьсот пятьдесят пятом, вы вступили в преступный сговор с неким лицом, мне неизвестным, с целью вымогательства денег у Эллен Стердевант посредством ложного обвинения в плагиате. Это…