Начинаю понимать Алекса, который при упоминании жены мрачнеет и сдерживает матерные слова.
- Тебе бы тоже не мешало переодеться. Если хочешь, можешь выбрать что-то из моих вещей. Гардеробная в твоем распоряжении, - я указываю рукой в сторону небольшой дверки в торце гостиной.
Сама иду в душ. Захожу в ванную-комнату. Слышу голос Мишки. Он напевает какую-то оперную арию, наивно полагая, что шум воды скроет от всего мира его дивное исполнение.
Муж меня не замечает. Стою и любуюсь им. А мой Мишель еще даже ничего. Плечи в меру широкие. Ягодицы по-прежнему упругие. Даже намеки на бицепсы остались. А небольшое брюшко… Да наплевать, я его все равно люблю. Столько лет вместе. И, потом, мужику 55, чай не юнец. И это вовсе не брюшко, а комок нервов. При такой-то жене бойкой, как я – не мудрено. Хихикаю.
Чувствую, что снова хочу. Его хочу. Моего Мишеля. Хоть мы с утра уже и занимались… «кардио». Свежий воздух, что ли на меня так действует?
Скидываю халатик. Подхожу к супругу, прижимаюсь к его обнаженной спине, обнимаю за талию.
- Котик, твоя кошечка пришла, - мурчу и пробегаю пальчиками по его груди.
Мишка вздрагивает.
- Сонька, нельзя же так пугать!
- Я не твоя жена, я дикая необузданная львица, которая хочет своего льва, - обхожу мужа, не разрывая контакта наших тел.
Буквально «облизываю» его собой.
Мишка притягивает меня за талию. Целует в губы. Но, как-то уж слишком легко. А мне хочется – порочно, с языком. Чтобы мой лев меня подчинил, взял, овладел.
- Сарочка, давай отложим наши игры до вечера, - шепчет мне на ушко. – Мы так завтрак пропустим.
Вот, фак! Не это я хотела услышать от любимого. Я уже вся горю и теку неприлично, а он мне про завтрак. Я тоже голодная, но не кофе с круассаном мне сейчас хочется.
Опускаю глаза, и вижу, что рассчитывать я могу сейчас как раз только на кофе. Мишкин голод вполне себе обычный. Ему бы мюсли заполучить, а не жену. И его воин красноречиво об этом говорит. То есть молчит, понуро опустив головку.
Сонь, а что ты хочешь! Не помнишь что ли, как в сказках. Доброго молодца нужно сначала накормить, а потом уже в постель уложить. А ты сразу – с коня и в койку.
Тем более что скачки у нас уже с утра были. А Мишель в последнее время больше одного заезда в два дня не выдерживает.
Ладно, чистая, но неудовлетворенная выхожу из душа. Неохота даже волосы сушить. А, пофиг! Погода жаркая – сами высохнут.
Да, жаль, что жара только на улице, а не у нас с мужем в постели. Поэтому Катю я совсем не понимаю. С таким темпераментным мужем – должна быть на седьмом небе от удовольствия. А она! Дура!
Надевая легкое платье-сарафан и выхожу в гостиную. Блин! Катя! Сидит на диване в той же мятой хламиде и тупит в смартфон.
- Кать, ты, почему не переоделась? – стараюсь сдержать нотки недовольства в голосе. – Ничего из моих вещей не подошло?
- А, нет! – она отрывается от экрана. – Я не привыкла носить чужую одежду!
Ага! А в одежде, которую корова всю ночь жевала привыкла на людях показываться!
- Мне нужен мой брючный костюм. Розовый, с металлизированными вставками! – заявляет Катя, гордо задрав нос.
Нужно – иди и бери! Хочу сказать, но проклятое интеллигентское воспитание не позволяет мне этого сделать. Стою, молча смотрю на Катю. Ожидаю ее действий. Или закидонов очередных.
И точно, она не заставляет себя долго ждать.
Неожиданно лицо Кати становится миленьким, а голосок, ну чисто ангельский.
- Сонечка, принеси мне мой костюмчик, пожалуйста!
Бл*дь! Она ох*ела, что ли! Простите мой французский, но почему-то сейчас только эти слова на языке крутятся.
Я на авантюру с походом в ее номер больше не подпишусь! С другой стороны, если не принести Кате ее гребанные вещи, она в нашем номере вообще навечно зависнет. И прощай отдых.
Ладно, попробую уговорить Мишку на вылазку. Ему будет проще. Надеюсь, его Алекс как мужик мужика поймет. Типа бабы совсем сдурели. И выдаст нужные Катины тряпки.
Я глубоко вздыхаю.
- Ладно! – стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.
- Сонечка, спасибо! – расплывается в притворной улыбке Катя.
Я делаю шаг по направлению к двери.
- И еще трусики кружевные, со вставочкой, и лифчик в комплекте, - бросает она мне в спину.
Нокаут! Дальше идет мысленная тирада трехэтажным матом на всех известных мне языках.
Какого я согласилась! Я же рассчитывала Мишку отправить на вылазку. А теперь как! Не могу же я ему позволить копаться в чужом женском белье. Да он, и сам не согласится.
Твою ж, с*чка ненормальная. По-хорошему, наорать бы сейчас на тебя и выставить за порог. Сами в своей семье разбирайтесь! Кто там что хочет и не хочет. Но эта драная интеллигентность снова просыпается, с*ка!